Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 41 – Мари Ларина

А есть те, которые даже новости о смертях близких воспринимают, пожимая плечами, мол, «ну и что такого случилось». Ненормальные люди — ведь самое страшное не то, что человек смертен — страшно то, что он смертен внезапно. Смерть не ждёт удобного момента, ей нельзя сказать «эй, костлявая, давай завтра, сегодня дел невпроворот!». Она приходит тогда, когда ей заблагорассудится. Когда красавица-богиня Этерна, смеясь, щёлкает изящными, наманикюренными пальчиками — давай-ка его сегодня, вот этого, да-да; спасибо, милая старуха с косой!Ладно, давайте подумаем об этом позже — и, в общем, что хочу вам сказать — если вы когда-нибудь винили себя и горевали по угасшей свече, пускай и шапочно знакомого человека — мы с вами определённо подружимся. Хэй-хэй, клуб плакальщиц имени Айлин Мирст офицально объявляется открытым! По четвергам носим чёрное!

Я нервно хохотнула своим отнюдь невесёлым мыслям и всмотрелась в лицо подруги — любимое, родное, с глазами, в которых пряталась весенняя листва, и веснушками, как у тех, кто слишком часто улыбается солнцу и миру. Эльса не ждала от меня благодарности. Не ждала ответов. Она просто была. Как мой тёплый дом, как ароматный чай, как занавески, пахнущие мятой. Как утро, в котором ты ещё дышишь, благодаря за это небеса.

— Знаешь… — я выдохнула, чувствуя, как холод потихоньку отступает, отползая в угол и оставляя после себя тихое, благодарное спокойствие. — Если бы ты не пришла, я бы, узнав о этой смерти… наверное, безумно б грызла себя. До крови. Свернулась бы калачиком на этом придверном коврике и тихо выла до самого утра, обвиняя и жалея себя.

Я горько усмехнулась, хотя уголки губ предательски дрожали.

— А теперь вот… хочется просто ещё одну кружку чая. И чтоб ты болтала, болтала, болтала. Расскажи, что там… с лигатами? И в «молчунах» — не Ирис ли проказничает?

Так, за отвлечённой беседой и вполне успешными попытками ускользнуть от тяжести происходящего, мы просидели добрый час. Потом Эльса, с присущей ей грацией боевого мирида (такие бывают?) и беспощадностью личного камермейстера, выгнала меня в мою же ванную, велев «немедленно перестать быть унылой серой ведьмой из болота и стать человеком, способным вызвать уважение даже у змеюк в зале Совета». Времени оставалось немного — и это «немного» висело над моим плечом, как пиккила с взрывчаткой замедленного действия.

Пиккилы — крошечные создания, не больше ладони, словно ожившие клубочки тумана и света. Их тела пушисты, мягки, будто сотканы из пуха. Цвет их свечения варьируется от тёплого золотистого — как солнечный зайчик на утреннем полу, — до прохладного синеватого, словно отблеск звёзд в ледяной воде. На спинке каждого пиккила растёт крошечный зонтик — нежный, почти прозрачный, как лепесток весеннего цветка после дождя. Чаще всего пиккилов можно встретить в Туманных лесах Иль-де-Вирела — там, где трава мягкая, а туман висит не в воздухе, а мягко стелется над землёй. Пиккилы очень дружелюбные и обожают людей — как-то раз мы с Эльсой и Ирисом устроили по весне пикник на лесной опушке, и собрали вокруг себя целое маленькое стадо пиккил, приманив их мёдом и кристальными булочками. Пушистики издавали смешные звуки, размахивали своими зонтиками и ластились для того, чтобы мы их погладили. Хороший был день.