Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 291 – Мари Ларина

— Охренеть, — выдохнул Солейл, ошалело глядя на свои руки. — Я что, реально это сделал? Я теперь, значит, опасный парень? Может, мне и зарплату Магистра начнут платить?

— Дурак, — выдохнула я, помогая Эврену перетащить бесчувственную девчонку в тёмный угол между шкафами. Её тело будто совсем ничего не весило, либо это был адреналин в моей крови. Сердце колотилось так, что казалось — вот-вот выпрыгнет наружу. — Надеюсь, она не храпит.

— Не будет, — сухо заметил Эврен, поправляя ей голову так, чтобы выглядело, будто студентка просто уснула. — Заклинание сильное. Через час проснётся и ничего не вспомнит.

— Через час⁈ — Солейл вытаращил глаза. — А если раньше? Если тут найдут тело? Я, конечно, не против эпатажа, но это уже слишком!

Тело! Я зажала рот ладонью, чтобы не прыснуть. От страха и нервов смех рвался наружу, как пар из чайника. Эврен метнул в меня взгляд — холодный, но такой, что в груди у меня сразу сделалось жарко.

— Да она не мертва, успокойся. — сглотнув, я вручила Солейлу фонарь. — Поздравляю с теневым дебютом.

— Двигаемся, — тихо скомандовал Хаэль. — Время играет против нас.

Солейл подмигнул мне, всё ещё не до конца оправившись от собственного «подвига». Оранжевый магический шарик света, заключенный в фонаре, взволнованно затрепетал, когда парень возбуждённо потряс им, приглашая идти следом за ним.

— Скажи честно, серебрянка, ты хоть чуть-чуть впечатлена? Я достойный теневик? — тихо произнёс он, играя бровями.

— Да, — я кивнула со всей серьёзностью, и блондин зарделся, вскинув подбородок. — Ты сделал то, что умел любой ребёнок Тихого Круга.

Он обиженно фыркнул, взметнув полы пальто, но ничего не сказал и чуть ускорил шаг, отрываясь от меня.

Дальнейший путь до библиотеки прошёл спокойно — Этерна благоволила нам, и коридоры были пусты. Заклинание тишины прекрасно заглушало наши шаги, делая их бесшумными. Слава всем богам, что от кабинета ректора до святая святых Академии оказалось совсем недалеко.

Всё шло слишком уж как-то гладко: и ни мирида-хранителя, и ни одного патрульного, ни одного студента мы не встретили. Да что там — по счастливой принадлежности мистера Импровизации к семейству Дарханов — дверь в запретную секцию библиотеки Академии Шардена открывалась тем же самым ключом, что и кабинет ректора. Слишком уж всё просто!

Мы вошли в запретную секцию библиотеки, и мир будто замер. В нос сразу ударил терпкий запах старой бумаги и пыли, смешанный с едва уловимым ароматом воска и древнего дерева. Полумрак, разбавленный холодным, ярким лунным светом, играл на переплётах книг, путался в огромных оконных витражах, превращая их в странных существ, наблюдающих за каждым нашим шагом. Окна были произведением искусства. Они тянулись от пола до потолка и были украшены цветными витражами, что складывались в витиеватые узоры.

Я втянула спёртый воздух, чувствуя, как лёгкая дрожь проходит по спине — смесь страха и трепета. Сотни, нет, тысячи книг! Ряды старинных фолиантов тянулись до невероятно высокого потолка, а верхние полки скрывались в пыльном тумане полумрака. Зал, слава Этерне, вроде был пуст.

— О боги… — выдохнула я шёпотом, проводя пальцами по ближайшим переплётам и ощущая холод, прошедший сквозь ткань перчаток. Металлический, слегка шероховатый блеск на некоторых фолиантах заставлял сердце биться быстрее.