Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 202 – Мари Ларина

— Спальня там, сама знаешь, — усмехнулся он, кивая на знакомую дверь.

Я прошла в комнату, привычно зацепившись взглядом за картину на стене — серая, чуть размытая акварель старого порта, который Ирис когда-то показал мне на закате. Спальня его была светлой, но, почему-то, достаточно сдержанной: мягкое серое покрывало, подушки, сложенные идеально, как будто сюда вот-вот зайдёт комиссия с проверкой. На подоконнике стояли чёрные стеклянные банки с сушёными травами… или табаком… прах его разбери, и пара книг с золотым тиснением. А на покрывале лежала сумка с моей одеждой. Она мне и была нужна.

Я стянула с себя влажную форму, аккуратно положив её на стул. Конечно, зачарована она круто, но природа всё-таки сильнее. Я переодевалась, когда за дверью раздался голос Талькара:

— Знаешь, я до сих пор не понял, что тебе больше не нравится — форма Магистрата или то, что она тебе идёт?

Я хмыкнула, поправляя своё темно-синее платье, которое теперь пропахло парфюмом Ириса. Отлично, я снова стала самой собой.

— Комплиментом ты не отделаешься. Лучше скажи, откуда она вообще у тебя? Я думала, у нас такую только Магистрат получает. И не надо мне тут про элериарха. И документы чьи?

— М-м, — он задумался, и я услышала, как он возится где-то на кухне. — Ну… скажем так, есть Магистрат, а есть я. А между ними — парочка общих знакомых и моя способность красиво улыбаться. И, конечно, мой статус Асессора.

Я фыркнула, направляясь к нему на кухню уже практически в сухой, уютной одежде. Кухня у Ириса — как из какого-то модного интерьерного каталога. Узкое вытянутое помещение, полки из тёмного ореха, фасады матовые, тёмно-коричневые, медные ручки блестят ровно настолько, чтобы намекнуть: тут живёт человек с вкусом, но без занудства. В углу — небольшой стол с мраморной столешницей, на нём стеклянная ваза с подсохшими эвкалиптовыми ветками. Рядом котелок для кофе и миллион банок чаёв всех видов и сортов.

— И кто же так легко поддался твоему обаянию?

Он только лукаво усмехнулся, наливая мне стакан воды из тонкой хрустальной бутылки. Всё у него — красиво, даже вода. Которая была очень кстати! Прохладное стекло стакана приятно легло в ладонь, и я залпом осушила его.

— Лучше не знать, Айлин. Некоторые тайны пусть останутся между мной и зеркалом. Понимаешь, в жизни главное — это уметь быть обаятельным и иметь друзей в Магистрате, присутствуя на хорошем счету элериарха. А остальное приложится…

— Ой, ну тебя. Не хочешь говорить — не надо. И ты забыл добавить: «главное — хорошо обставить кухню», — хмыкнула я, споласкивая стакан в раковине.

— Само собой, — с серьёзным видом согласился он, не без удовольствия смакуя мой своеобразный комплимент.

— Ладно, хочешь скрывать — скрывай… Переоделись — пойдём. Хаэль нас, конечно, может нас и без повода сожрать заживо, но, если опоздаем — он точно будет недоволен.

Я поставила стакан на столешницу, и вода оставила под ним идеальный кружок влаги. Я неосознанно вытерла его полотенцем — не люблю мокрые следы на мебели. Когда я вышла с кухни, Ирис уже ускакал в прихожую, где ловко застёгивал пуговицы своего пальто — слава богам, уже не формы, нет, обычного, красивого, тёмно-синего пальто. Больше никакой чужой формы.

— Пешком? — Ирис хмыкнул, подхватывая ключи со столика у выхода.