Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 152 – Мари Ларина

Он отвернулся, уходя от колокольни прочь, обратно к воротам. Но обернулся, ожидая, что я пойду за ним. Конечно, куда же я денусь. Я поплелась следом, когда он сказал:

— Но твои мысли хороши. Примем их во внимание. Нужно обсудить это.

Когда мы уже подходили обратно к воротам Академии, откуда-то сбоку вдруг вышла Эльса. Кажется, она была чем-то недовольна — с красной папкой в руках, сапоги в тон отбивали лёгкий чечёточный такт, алые губы были задумчиво поджаты.

— О, — сказала она, заметив нас, и её лицо мигом просветлело. — Ну что?

Эврен чуть приподнял подбородок.

— Видели, — коротко ответили мы одновременно, и я не смогла сдержать смешок.

Эльса серьёзно кивнула. Этого было достаточно — она мгновенно поняла, что дело не терпит лишних ушей.

— Обсудим позже, — решила Верин. — В «Бессмертной Улитке». В четыре. Там — и только там.

— Конечно. — я хмыкнула, покачав головой при воспоминании об этом месте. О, Лиандор… интересно, запомнил ли он меня?

— Вы обратно в город? — кивнула она в сторону ворот.

Мы с Эвреном переглянулись. Я чуть прищурилась, он — едва заметно пожал плечом. Ответа не последовало. Не потому что я не хотела делиться, а потому что Хаэль мне строго наказал не распространяться об этом вне теневых заклинаний тишины. И то, с большой осторожностью.

— Ах, — театрально выдохнула Эльса. — Молчание и загадочность, достойные плохого романа.

Повернулась, взметнув огненные волосы, и ушла, не прощаясь — алый шлейф её пальто змеёй скользнул по дорожке, оставляя за собой аромат корицы.

В этот момент, вниз по ступеням Академии, сбежал знакомый силуэт. Я заметила его сразу — тот самый студент из холла, с взъерошенными светлыми волосами и хищной улыбкой. Тот, от подката которого Эльса спасла меня вчера.

Почему-то он был в чёрном, не по розовой форме Академии. На его шее болтался небрежно завязанный галстук. Плащ спадал с плеч, будто он не успевал за тем, кто его носит. Он, оглядев двор, вдруг встретился со мной взглядом.

Секунду — не больше — но в этой секунде было всё: узнавание, колебание, невысказанность. Его лицо ещё сильнее расплылось в красивой, нахальной улыбке — самоуверенной, вызывающей. Он был хорош, и он знал это. Парень уже сделал шаг вперёд, намереваясь, кажется, подойти. Что-то смутно знакомое было в его лице, но я никак не могла понять, что.

Но потом, как по команде, взгляд его скользнул в сторону — и упёрся в Эврена. Магистр не сказал ни слова. Но посмотрел на парнишку, вскинув чёрную бровь.

Только лишь один взгляд, но как гильотина. И в этом взгляде было всё: предупреждение, превосходство и тонкое напоминание, что некоторые двери не стоит даже пробовать открыть, если не уверен, что выживешь за ними. Студент побледнел, растерянным взглядом ещё раз окинув меня. Улыбка его осела, как шёлк под дождём. Он резко отвёл взгляд, притворившись, будто нас не заметил вовсе, и прошёл мимо с видом человека, который внезапно вспомнил, что у него, вообще-то, важная лекция. Хотя, занятия же отменили. Траур.

Я едва заметно усмехнулась. Эврен искоса взглянул на меня, провожая парнишку взглядом. Потом небрежно, почти лениво, вновь приподнял бровь.

— Ты его спугнул. — в притворной обиде начала я, тоже смотря в спину уходящему студенту. Кого-то он мне напоминал…