Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 143 – Мари Ларина

В Башню Совета мы вошли в тот самый момент, когда самые главные часы Иль-де-Вирела завели свою ежечасную песнь, славя праздник девяти часов утра:

«Бом-м-м-м-м-м…» — раздалось из-за витражных окон, мимо которых мы уже быстрым шагом направлялись в тысяча сто одиннадцатый кабинет. Я одернула свитер — сегодня день обещал быть достаточно тёплым, поэтому — я решила не надевать плащ, остановив свой выбор на тёплом, объёмном сером свитере и такого же оттенка шёлковой юбке в пол. Велатр остался дома в прихожей — я рассудила, что бой сегодня вроде не планируется, да и как-то не хотелось демонстрировать Магистру лук снова. Вдруг возникнут какие-то недопонимания на этой почве.

Тысяча сто одиннадцатый кабинет встретил нас, как и всегда, знакомым ароматом пепла и тиса. Эврен, уже копаясь в каких-то бумажках за столом, кивнул нам, на секунду задержав на мне взгляд, и пригласил присесть. Как всегда — он был в чёрном костюме. Интересно, он вообще знает, что существуют другие цвета? А дома тоже костюмы носит? Посмотрела бы я на это.

— Итак, — начал Эврен, и лёгким, почти небрежным движением запечатал комнату заклинанием тишины. Все посторонние звуки исчезли, оставляя нам блаженную тишину. — Только что принесли свежий отчёт лигатов по делу в «Второй Полке». Я запросил копию для изучения.

Я уже знала — сейчас он скажет что-то, от чего станет тревожно. Всё-таки слишком странной была эта кража и новость в утренней газете. Он скользнул ладонью по поверхности стола, придвигая к нам тонкую папку. На обложке — «Вторая Полка. Кража. Классификация — незначительная. Подпись: Искатель Хоррин». Слово «незначительная» будто издевалось.

— По официальной версии, — проговорил Эврен, глядя не на нас, а в какой-то неуловимый узор утреннего света на столе, — пропали лишь пара старых, никому не нужных, книг по артефакторике, треснувший амулет, и карта канализации, датированная четыреста восьмидесятым. Торговец, по их словам, не смог бы выручить за это и пары дариев.

Ирис хмыкнул.

— Ну да, карта канализации. Наверняка, великая реликвия былых времён, — лениво бросил он Талькару. — Видимо, воры срочно нуждаются в сантехническом просвещении.

Ирис, сидевший сбоку от меня, хохотнул, вытягивая ноги вперед. Я хотела улыбнуться, но не смогла. Что-то не давало. Что-то, что ускользало из моих мыслей, что-то, что я не могла поймать за хвост. Талькар подтянул к себе папку, подвинулся ближе и раскрыл её так, чтобы мы вместе могли прочесть отчёт.

«Подпись: Лигат Хоррин. Допрос свидетеля проведён. Признаков насилия, запугивания, не выявлено.»

— Первую страницу сразу пропускайте. — Эврен кивнул на следующую. — Это важнее. — он улыбнулся, но взгляд его оставался холодным, выжидающим. Ирис перевернул страницу.

— Вот, — Хаэль постучал пальцем по абзацу. — Вот что важно. Я читала:

«Владелец не проявляет явных следов магического воздействия. Однако память о событиях утра, включая детали кражи, фрагментарна, исключая пропавшие предметы, в пропаже которых он уверен: две книги по артефакторике под авторством Веллоры Тараниэль, сломанный амулет неизвестного назначения и сил, и карта канализации, датированная четыреста восьмидесятым годом. Не может чётко указать, какие предметы находились на третьей полке у окна и в кладовой. Пытается объяснить пробел „замешательством“ или „возрастом“, хотя в остальном демонстрирует хорошую память. В остальном — спокоен, не проявляет признаков лжи, сокрытия чего-либо. На вопросы отвечает охотно, не сопротивляется. Разрешение на использование эликсира правды на допросе запрошено у Архонтера Верховного Надзора Шардена, Иаргельдира Вэйнтраскара вэль Келатар.»