Книга Хозяйка пряничной лавки 2, страница 91 – Наталья Шнейдер

— Конечно. Они настоящие. Мне бы хотелось подать вам к чаю приличную корзинку пряников и отправить детям, но… — Я развела руками. — Продали все. Остались только на елке. Берите какой вам нравится.

— И слава Богу, Дарья Захаровна, — улыбнулась она. — Это ж первая радость для торговца, когда прилавок к вечеру пустеет. Пряники у вас расчудесные, мои сорванцы всю дорогу канючили, чтобы разрешили им еще по одному съесть прямо на улице.

— Рада, что им понравилось.

Ульяна осторожно сняла с ветки пряник, вернулась на табурет. Я подала ей чашку с блюдцем. Какое-то время мы обе чинно распивали чай.

— Супруг мой, Егор Дмитриевич, велел кланяться, — сказала Ульяна, когда первая чашка опустела. — И просил передать: коли мука понадобится, вы не на ленивый торжок посылайте, а прямо к нам в дом записочку. Для вас и цену сделаем приятнее, и товар привезем прямо на кухню. Нечего девкам вашим и тем более Анисье Ильиничне надрываться, у нас для того парни крепкие есть.

Два мешка по три пуда, которые тетка приволокла с ленивого торжка, разумеется, еще не собирались заканчиваться. Однако Егор Дмитриевич уже думал о следующих и пытался навести мосты через жену. Даже приятно, что хоть кто-то не сомневается, что у меня все получится.

— Да и в гости к нам заглядывайте, всегда рады будем. Чай, не чужая вы нам, матушка моя о вашей очень тепло отзывалась.

— Супругу своему передайте мою благодарность за заботу — до той поры, пока я не смогу к вам заглянуть и лично его поблагодарить. А я загляну непременно, — кивнула я, мысленно ставя себе зарубку.

Значит, еще одно лукошко в качестве любезности — для Егора Дмитриевича, Ульяны Игнатьевны и их чад.

Кажется, мне нужна еще одна амбарная книга только для записи лукошек. А к ней — отдел логистики. Или хотя бы водителя-экспедитора.

Впрочем, мечтать не вредно.

Я положила Ульяне с собой еще три пряника с елки — для детей. Закрыв за ней дверь, я позволила себе на миг выдохнуть. Опозорилась я или нет, наливая чай гостье на прилавке, — узнаю потом, и беспокоиться об этом после того, как все уже было сделано, не имело смысла.

Однако, раз уж я теперь делаю вид, будто я приличная женщина, мне нужно не только пространство для приема гостей, но и мебель. Туда-сюда с табуретками не набегаешься.

Я еще раз огляделась вокруг. Пространство, положим, можно отгородить. Тот угол у окна, где стоит елка. Будет и светло, и уютно. Кажется, в сарае я видела доски. Орудовать пилой, рубанком и молотком я умею… Умела в прошлом теле — напомнила я себе. Впрочем, и в этом должна справиться. Все же не буковки пером выводить. Значит, соорудить перегородку…

Я представила, как будет выглядеть эта сколоченная из досок стена посреди позолоты, полированного дерева и росписей. Боюсь, местные не оценят этакую эклектику. Признаться, я бы и сама не оценила. Значит, о стенке подумаю позже. Главное, чтобы было на чем сидеть — и с решения этой задачи я и начну.

Я накинула тулуп, крикнула Нюрке, чтобы, если что, звала, и направилась в сарай. Если уж я смогла заставить самогонный аппарат чистить патоку, то уж пасовать перед мебелью и вовсе не пристало.

Луша в несколько прыжков догнала меня уже на улице, возмущенно ругаясь по-беличьи. Действительно, разве можно без нее заниматься таким ответственным делом, как поиск старья, которое можно превратить во что-то приличное. Даже если еще не стемнело и при открытой двери сарая все внутри видно — кто укажет на подходящую штучку?