Книга Семь причин убить ваших гостей, страница 77 – К. Дж. Уиттл

— Как поживает твоя дочь, Гордон? Луиза, верно? – вдруг спрашивает Мелвин.

На несколько секунд этот вопрос ставит Гордона в тупик. Он не помнит, чтобы называл этому человеку имя дочери…

— С ней все хорошо, спасибо.

На прошлой неделе они с дочерью бок о бок провели особенно неловкий час в кофейне рядом с квартирой Гордона. После почти двенадцати минут молчания Луиза оторвалась от телефона и выдала нечто, удивившее его:

— Так в чем же заключается твой новый проект? Мама говорит, что он нелепый.

— Ну, твоя мама не ученый, – резко бросил он, но затем посмотрел на дочь и заметил, что она ждет ответа.

Возможно, это был первый раз, когда она проявила интерес к его работе. Даже когда он появлялся в «Утреннем шоу», дочь не удосужилась посмотреть ни единого выпуска. Гордон глубоко вздохнул и рассказал ей о своем эксперименте. О снижении калорий, силовых тренировках, медицинских анализах и даже о стойке на голове. После этого у нее над носом появились две морщинки (точно такие же, как у него, понял он). Луиза начала было говорить, но осеклась.

— Ну что? – спросил он.

Признаться, он не планировал посвящать ее в такие подробности. Но Гордон совсем никому об этом не рассказывал, а оказалось, что поделиться было приятно.

— Просто… я подумала: какой смысл жить дольше, когда ты один, вдали от меня и мамы? Для чего ты живешь?

Гордон не сразу нашелся с ответом, однако вспомнил, что его работа – на благо науки, на благо человечества. Казалось, Луизу такой ответ устраивал. По крайней мере, следующие несколько недель ни она, ни Элизабет не станут его доставать.

Он лезет в карман за антибактериальным спреем, но рука находит конверт и сложенный листок бумаги.

— Мелвин, я взял это на званом ужине, – говорит Гордон, кладя конверт на стол. – Наверное, мне следовало отдать его раньше, но вы, похоже, не заинтересовались его содержимым. В любом случае вам решать.

— Большое спасибо, Гордон, – бормочет Мелвин, лишь мельком взглянув на конверт.

— Он все это время был у вас! – восклицает Вивьен.

— Вы лезете не в свое дело, – вторит ей Тристан.

— А вот это покажется вам еще интереснее, – говорит Гордон Мелвину, игнорируя возмущение Вивьен и Тристана, и кладет сложенный листок бумаги поверх конверта.

— Что это? – спрашивает Тристан.

— То, над чем я работаю. Теория о том, как уединенное существование в сочетании с малокалорийной диетой и физическими упражнениями помогают обрести долголетие, – отвечает Гордон. – Это действительно творит для меня чудеса. Давно я не чувствовал себя таким здоровым!

Мелвин поднимает листок и хмурится, бегло просматривая информацию, которую Гордон аккуратно записал для него. Затем отбрасывает его и пожимает плечами:

— Ценю заботу, Гордон, но такое не для меня. Если мое число скоро придет, значит так тому и быть.

Гордон смотрит на Мелвина, на мгновение лишившись дара речи. На этом листке – результаты месяцев исследований и тщательных экспериментов. Скоро эта информация окажется на первых полосах всех газет и сделает Гордона известным в своей области. И посмотрите-ка, Мелвин едва ли удосужился взглянуть на нее! Впервые за сегодня он внимательно рассматривает полицейского. Рукав его рубашки испачкан; в кресле он сидит подбоченясь, запрокинув голову назад, словно ему лень ее держать. Белки его глаз начинают желтеть – верный признак заядлого пьяницы. Этот человек не заслуживает того, чтобы пользоваться плодами труда Гордона. Он отвратителен, как и та Джанет. Слабак Мэттью и грубиянка Стелла тоже были ненамного лучше.