Книга Семь причин убить ваших гостей, страница 31 – К. Дж. Уиттл

Оглядев компанию, Тристан осознает, что собравшиеся невольно сели в том же порядке, что и на званом ужине. Между Джанет и Гордоном даже осталось пустое место – для Стеллы. Он переводит взгляд с Мэттью на Джанет и вспоминает, как сводило зубы от их флирта две недели назад. Тогда Мэттью небрежно положил руку на спинку стула Джанет, а та, наклонившись к нему, наслаждалась вниманием. Сегодня, однако, Мэттью скрестил руки на груди и мрачно смотрит на стол, почти отвернувшись от Джанет, которая то и дело украдкой поглядывает на него, нервно потирая зубы указательным пальцем.

— Да уж, хотел бы я, чтобы мы встретились при лучших обстоятельствах, – произносит Мелвин, чьи большие руки тяжело опираются на стол, словно он председательствует в совете директоров.

— Бедная Стелла. Какая трагическая случайность! А были свидетели? Может, другие люди на платформе? – Порывшись в сумочке, Вивьен наконец вытаскивает блокнот с серебряными колибри на обложке, а затем и ручку.

— Типичная журналистка! – хохочет Джанет – но до странного неуверенно, – и ее взгляд в нетерпении устремляется на Мелвина.

— Похоже, в том конце платформы больше никого не было, – отвечает Мелвин.

Вивьен делает пометку в блокноте.

— Может, кому-нибудь случилось пообщаться со Стеллой после того званого ужина? – спрашивает она, глядя на остальных с приподнятой бровью – и впрямь, типичная журналистка.

Джанет откашливается и многозначительно смотрит на Мэттью.

— Э-э… да. Мы с ней пропустили еще по стаканчику, но потом разошлись, – говорит он, потупившись, и покручивает безель своих серебряных часов.

Тристан замечает у Мэттью темные круги под глазами, щетину на подбородке и невольно вспоминает званый ужин, где блистательный холостяк обхаживал то Джанет, то Стеллу, то даже Вивьен, добиваясь их внимания и восхищения. Сегодняшний Мэттью – словно жалкая имитация, сам у себя на разогреве.

— Слышали ведь, что Стелла была интернет-троллем? – бросает Джанет. – Может, она разозлила не того человека и поплатилась.

— Она явно была не в ладах с собой, – кивает Вивьен. – Мы видели, каковы ее родители. Она имела все, кроме любви.

— «При этом сказал им: жизнь человека не зависит от изобилия его имения»^[7], – бормочет Тристан.

После смерти Стеллы социальные сети взорвались историей о ее тайной жизни интернет-тролля. Она бомбардировала соперниц-блогерш омерзительными, полными ненависти сообщениями. Ошеломляющее открытие затмило трагедию ее смерти и вызвало волну критики. Ее осуждали все – от членов парламента и звезд реалити-шоу до других, самых заурядных троллей. Отец Стеллы даже появился на женском ток-шоу, желая защитить доброе имя дочери.

За столом воцаряется тишина. Официантка возвращается с подносом напитков, разнося их по кругу, Тристану – последнему. Она ставит перед ним пинту сидра, и он, закрыв глаза, болезненно сжимает челюсти. Заставляет себя посчитать от одного до пятидесяти, затем только нечетные, затем четные, затем простые числа… Вот теперь он наконец-то может взять напиток.

Вивьен продолжает строчить в блокноте.

— Ведете собственное расследование, мисс Марпл? – спрашивает Мелвин, вроде бы с улыбкой, но в голосе сквозит раздражение.

— Похоже, сами вы не справляетесь, дорогуша! – вмешивается Джанет, похлопывая Мелвина по растопыренным пальцам.