Книга Статус: Всё ещё клинок системы, страница 118 – Андрей Мельник

— Пришли, — выдохнул я и едва не рассмеялся от облегчения. — Цель внутри. Копаем.

Остаток маны я вложил в пламя без сожалений. Лёд шипел и тёк ручьями, тоннель полз в глубину метр за метром. Когда мы углубились на пару десятков метров, я почувствовал, как мой Маношар совсем опустел, и в дело пошли последние резервы магического источника. Примерно на сотом метре пламя, наконец, лизнуло серый камень — настоящую промёрзшую породу, до которой не добрался лёд. Мы устроили перерыв, так как марафон выдался сложнее, чем охота за демонами.

Холод никуда не делся, однако без ветра и в тесноте мы быстро надышали тоннель. Уже не так сильно знобило.

Я прикрыл глаза и позволил себе длинный вздох. Кризис остался позади. Мана на дне, ноги гудят, зато все добрались. Осталась сущая мелочь — найти в недрах горы гроб богини. После прогулки по пустоши такая формулировка даже не пугает.

— Так, молодые, расступитесь… — Дестро отодвинул меня и Джаса от стены плечом, вытащил из кольца кирку с отполированной ладонями рукоятью и нежно сдул с неё несуществующую пыль. — Гора — это моя стихия! Смотрите и учитесь, как подгорный народ разговаривает с камнем.

Разговор у них вышел задушевный. Гном долбил породу несколько часов подряд в одиночку, отгоняя любого, кто тянулся помочь, и тоннель за это время углубился на десятки метров. Потом руки у мастера всё-таки повисли, и он сполз на кучу щебня, тяжело дыша и глядя на стену с лёгкой обидой.

— Как я её, а? — улыбался он, наслаждаясь слабостью в своём теле после столь долгого долбления горы.

— Уделал так, что хочется автограф взять! Можно кирку одолжить? — протянул я ладонь к кирке.

— Сломаешь — женю на своей кузине, — прохрипел Дестро, отдавая инструмент. — У неё борода гуще моей и характер твёрже гранита.

— Договорились. А если поломаю, но починю?

— Тогда не женю, так и быть. Но поможешь смотрины устроить…

— Есть у меня один кандидат… Тоже гном, даже король. Только вот он с прошлой свадьбы сбежал…

— А, этот сопляк, Брячедум, кажется? — уточнил Дестро, и я кивнул. — О нём уже все подгорные кланы чего только не говорят.

— Не знаю, кто и что говорит, но он самый балдёжный гном, которого я знаю. Настойки он варит — закачаешься. Кузнец, каких поискать. Соратник надёжный, характер золотой. Как для гнома, конечно… — постарался я с хороших сторон описать соратника.

Мало ли, Дестро слово где-нибудь замолвит, и это потом поможет моему другу, что отринул многое из своего прошлого ради общего будущего.

Я встал к стене и принялся долбить промёрзшую породу. Я бил, выгребал крошку и бил снова. Физический труд после магического истощения лечит лучше любых медитаций, и мана по капле возвращалась в пересохшее русло. Остальные тоже не сидели: выстроились цепочкой и оттаскивали камень к выходу. Хайя топила снег и разносила воду, Джас бесшумно совал каждому в руки вяленое мясо. Авулус разметил смены и сам взялся за вторую кирку, расширил проход. В прошлый Гурм не влазил, а у него тоже силы предостаточно, чтобы долбить гору.

Сколько и куда долбить, я не знал… Только примерно чувствовал и показывал направление, а также мастерил каменные подпорки при помощи магии, чтобы нас не засыпало.

Тоннель полз в сердце горы. Я потерял счёт времени и перестал понимать, сутки прошли или трое. Стук кирки и шорох выгребаемой крошки в какой-то момент стали для меня целым миром.