Книга Через пламя и ночь, страница 159 – Анастасия Андрианова

Агне прижалась спиной к углу дома, когда мимо неё пронеслась целая стая нежаков – на четвереньках, в упыриных обличиях, скаля зубы. Сверху доносились раскаты, похожие на гром, но она понимала, что это – взрывы чародейских огненных шаров, и далёкий гул, от которого под болотами закладывало уши, – шум бушующего пламени.

Ей было так страшно, как не было даже перед смертью. У неё не оставалось близких людей, кроме отца: ни матери, ни сестёр, ни подруг. Но всё же она боялась за людей, за деревни и городки, за такие же, как их с отцом, корчмы и таверны, разбросанные по дорогам. Скорее бы, скорее бы всё завершилось – хоть как-нибудь, но наступил бы конец.

Новый раскат вновь раскроил небо над улицами Туманного города, внутрь ворвалось пламя. Агне вскрикнула, сжалась в комок у стены, в полынном кусте.

— Ты в порядке? Эй, дочка корчмаря!

Кто-то тронул её за плечо. Подняв голову, Агне увидела Варде и посмотрела мимо его плеча, на небо. К счастью, пламя погасло, не дотянувшись до крыш домов.

— Всё хорошо. А ты? Живой?

Варде помог ей встать и хмыкнул.

— Живой, если про нас можно так сказать.

Агне тоже усмехнулась. И правда, она и не подумала, когда говорила.

Снова затрещало, где-то ниже по улице раздались крики. Варде ухватил Агне под локоть и затащил за угол, во двор.

— Не надо тебе по улицам шататься, – сказал он серьёзно, утерев лоб.

— Я к отцу ходила.

— Так и сиди у него.

Агне вырвала локоть из его пальцев.

— Сама решу. А ты? Я слышала, на тебя многие точат зуб. Говорят, ты наших убивал.

Варде покачнулся с мыска на пятки, сунув большие пальцы за пояс.

— Пусть точат, пока не до этого. Видишь, как завертелось. Никто из нежаков не станет сейчас убивать нежака. Потом – как знать. Послушай, Агне. Я тут думаю…

Он обернулся на улицу, тёмную, с сыплющимися с неба искрами, наполненную воем и страхом. Агне и сама понимала: так не должно быть, раньше было не так. Раньше тут во дворах цвели цветы, вечерами ложился душистый влажный туман, гуляли куры и живые дети – пусть она мало раз сюда спускалась, но всё же это место никогда нельзя было назвать страшным.

— Люди, – выдохнул Варде. – Надо отвести их к своим.

— Но на поверхности их быстрее сожрут. – Агне снова пригнулась, когда наверху загромыхало, но, к счастью, на этот раз без разрывов. – Как ты себе это представляешь?

— На поверхности тоже всё меняется. Я выходил. Я смотрел, что творится у Озёрья. Туда стекаются все нежаки, которые стояли вдоль дорог и других поселений. И чародеи тоже. У дальних деревень почти пусто. А что будет здесь завтра – только Покровители знают. Я бы хотел увести отсюда живых, особенно детей. Хотя бы попробовать.

Агне едва удержалась, чтобы не наброситься на него. Она с таким трудом привела сюда отца, полагая, что Туманный город – единственное место, где упыри не тронут человека, а он пытается её убедить, что живым здесь не место?!

— Я привела сюда отца не просто так, – огрызнулась она. – Не для того, чтобы ты приходил и убеждал меня, что на поверхности лучше.

— Я никого не убеждаю, – фыркнул Варде. – Просто решил поделиться. Каждая улица тут выводит в определённое место на поверхности. Самые окраинные переулки ведут в дальние Уделы. Там-то точно меньше всего нежаков. Все сейчас у Озёрья и вдоль дорог, ведущих к нему. Вместе с чародеями. Просто пришла мысль: если чародеи решат всё спалить, что станет с живыми, утащенными в болото? А я немного знаю чародеев. Их хлебом не корми, дай чего-нибудь сжечь.