Книга Через пламя и ночь, страница 148 – Анастасия Андрианова

Мавна помотала головой, не сводя глаз с братьев. Губы дрогнули в лёгкой улыбке, будто наконец-то оцепенение начало спадать.

— Ради этого я и пошла из дома. Верила, как дурочка.

— И не зря.

Илар щекотал Раско, и тот заходился от смеха, кричал так, что из окон высовывались любопытные лица. Только теперь Мавна заметила, с какой нежной улыбкой Купава смотрит на Илара. В голове шевельнулась догадка, немыслимая, но такая ослепительно-светлая, что самой тоже захотелось улыбнуться – пусть сквозь пустоту и печаль, но по-настоящему порадоваться хоть чему-то. Попытаться порадоваться.

— Купава! – Мавна отцепилась от её руки и заглянула подруге в глаза. – Вы с Иларом – не просто ездили вместе? Вы…

Она не знала, как лучше сказать, чтобы не обидеть. Видела ведь много лет, как Купава смотрит на брата, да та и не отнекивалась никогда, всегда прямо говорила, что он ей нравится. Зато Илар в последний год стал таким закрытым, что замечал только хлеб и упырей да бросался на всех при каждом удобном случае. Неужели её уход сплотил этих двоих? На душе стало светлее. Выходит, не зря ушла: не только ради Раско.

Бледные щёки Купавы налились румянцем, и она снова стала похожа на себя прежнюю: на ту беззаботную красавицу Купаву, которую Мавна так любила. Тряхнув головой, она хитро прикусила губу и, смущаясь, шепнула Мавне на ухо:

— Мы поженились недавно, под ёлкой. Среди чародеев.

Мавна несколько раз моргнула, никак не веря в услышанное. Но у Купавы было такое довольное лицо, что сомнений не оставалось: она не врёт. Мавна громко шмыгнула носом и по-настоящему улыбнулась, стискивая Купаву в самых крепких объятиях, на какие была способна.

— Дорогая моя, – выдохнула Мавна. – Как я за вас рада! Покровители, ну хоть кто-то счастлив.

— Только волнений ещё больше. – Купава издала смешок, но тут же вздохнула. – Иногда кажется, что лучше бы вовсе никого не любить.

Мавна не стала отвечать, слишком много горькой правды было в словах Купавы. Разомкнув объятия, они смотрели, как здоровенный Илар возится с маленьким и юрким Раско, как ощупывает его с ног до головы, ерошит волосы и с умилением слушает ужасную игру на дудочке.

— Хоть бы на его долю не выпало никаких нежаков, – прошептала Мавна, едва шевеля губами. – И хоть бы он не разжигал в себе искру.

Купава переплела их пальцы и согласно кивнула. Мавна успела отвыкнуть от того, чтобы постоянно к кому-то прикасаться – а ведь раньше они с Купавой всегда ходили за руку или сидели, прижавшись плечом к плечу.

Раско, перестав выдувать хрипы из дудки, заявил:

— Ну, как тебе? Меня чародей научил! Как там его звали? Малинник, кажется. Он с нами жил.

Широкая улыбка Илара дрогнула, и он вопросительно глянул на Мавну. У неё тут же запылали щёки.

— Раско, ну что ты говоришь! Всё не так было.

Настало время Купавы с прищуром толкнуть Мавну в бок.

— А я его видела! Хотела обнять, но не дался. Ты правда с ним общаешься?

Мавна хмыкнула про себя, представив, как участливая Купава тянется к Смороднику, а тот привычно горбится и отодвигается от неё боком. Увидит ли она их когда-нибудь рядом на самом деле? Хотелось бы – всех их вместе.

— Без него не было бы ни меня, ни Раско, – призналась Мавна. – Без Варде я бы не вышла из дома, а без Смородника не дошла бы до болот и до Озёрья. Они оба спасли наши с Раско жизни.