Книга Пути волхвов, страница 155 – Анастасия Андрианова

Девочка-сова подобралась ближе, протянула когтистую ручку и очень серьёзно произнесла, сверкая круглыми глазами:

— Меня зовут Ота. А вас как?

— Вам тоже нужно рассказывать о себе всю правду? – смутился Ним.

Ота замешкалась, примолкла, а потом уверенно ответила:

— Нет. Мы не такие. Мы ничего не просим. Я дала вам имя. А вы дайте свои. И всё.

— Я Энгле. Этот – Ним. А… – Энгле осёкся, и Ним понял, что он ждёт позволения Велемира представить и его тоже.

— Я Велемир. Что он сделает с Мейей? – Он встрепенулся, будто очнулся от сна, сжал кулаки и повернулся к маленькой Оте. Его лицо кривилось от злобы. – Вы обязаны сказать!

— Мы ничем тебе не обязаны, деревенский человек, – отозвался однорогий юноша. – Зато ты нам – очень даже. Что было бы, если бы те люди обнаружили в поле вас троих с больной девчонкой в придачу?

— Не пугай мальцов, Жернох, – оборвал его «медведь». – Они – гости князевы. Вежлив будь да не лезь, куда не просят. Приедем скоро.

Ниму совсем не хотелось ссориться со скоморохами, тем более сидя в их повозке. Мужчина-медведь пугал его одним только своим видом и вкрадчивым громовым голосом, а тот парнишка легко мог проткнуть обидчика рогом, похожим на сужающуюся к концу саблю. Просто сидеть здесь уже было страшно, что уж говорить о перебранках и склоках…

Девочка-сова Ота забралась на коленки к однорогому Жерноху и сверкала глазами из дальнего угла повозки. Больше она не пыталась завести разговор с гостями, и даже Велемир не старался разузнать что-то о Мейе до самого конца поездки.

* * *

Повозки остановились у огромного озера, окружённого еловыми лесами. Когда Ним ступил на землю, его охватила необъяснимая дрожь, и причиной тому был даже не промозглый ветер, пропитанный солоноватым запахом озёрной воды, а какое-то непрошеное чувство, похожее одновременно на парализующий страх перед чем-то всеобъемлющим и бескрайнее уважение к нему же.

— Тут будто узел всех дорог сразу, – прошептал Энгле, обхватывая себя руками в попытке согреться.

У всех них были совсем тонкие летние рубахи, и теперь, когда год повернулся к зиме, становилось по-настоящему холодно.

— Мёрзнешь, белобрысый? – спросила девушка-ящерица и бросила Энгле несуразный плащ с широкими рукавами, сшитый из разных лоскутов. – Держи, у нас добра много. И друзьям твоим сейчас найду.

Скоморохи выгружали часть скарба из телег, распрягали лошадей, потных и уставших от ночной скачки. Никто из них, казалось, не придавал совершенно никакого значения тому, что среди них теперь было пятеро чужаков, и Ним в ярости сжал кулаки: показное безразличие злило, унижало его, и хуже всего было чувство, что меченые шуты так же, как незримый и, скорее всего, несуществующий Господин Дорог с чего-то решили взять в свои руки судьбы и жизни пятерых незнакомцев.

— Где она? – Велемир заглянул в телегу, из которой выносили скрученный кулём шатёр. – Где Мейя?

— Будет со мной, – ответил Трегор, легко спрыгивая на землю и обтряхивая руки одна об другую. – Отойдём поговорить?

Ним поплёлся было следом, но Велемир отмахнулся: не нужно, мол. Среди скоморохов сновал Жалейка, помогая то одним, то другим выгружать и переносить. Он больше не прятал козлиные ноги и было похоже, будто путешествовал со скоморохами всю жизнь. Чуть в стороне, под прикрытием еловых ветвей, Ним разглядел несколько потемневших, но добротных изб, откуда выходили другие меченые, встречали прибывших.