Книга Карнавал лжи, страница 188 – Евгения Сафонова

— Власть должна даваться не подданными, но Богиней, – изрёк Заклинатель, вызвав одобрительный кивок своей коллеги с клинком. – Зачем нужен король, если Совет стоит выше него? Что это за власть?

— Власть, которая не позволит творить бесчинства вроде тех, что творились при последнем из Бьорков, – сказал Арон. – И не потребует мер вроде Кровеснежной ночи, чтобы исправить их.

Минувшую ночь Мастера и амадэй провели в трактире на поверхности, а утром выдвинулись по направлению к Камнестольному. Вдали белобородыми стражами возвышались горы. Далёкая вершина Дымчатого Пика, кутавшаяся во вьюжную вуаль, с каждым шагом становилась чуточку ближе.

У Короля Подгорного их не ждали, но необходимость аудиенции это не отменяло. Никто не позволил бы делегации Мастеров просто проникнуть в цверговы Штольни, где, согласно карте, следовало искать обитель Зельды. И тем более протащить туда дракона.

— Та служанка, с которой вы говорили, – покосившись на Арона, молвил Иллюзионист, – Нирулин, кажется…

— Я спас её дочь этим летом. Она умирала.

— А девочка, про которую она спрашивала…

— Лив жила у Нирулин какое-то время. Когда Лиар преследовал Ташу летом, нам пришлось оставить девочку у цвергов. Она была обузой. – Арон вскинул голову, вглядываясь в белёсое небо. – Надеюсь, Кес поспеет вовремя.

— Погода не особо располагает к полётам, – прошелестела Странница немногим громче метели.

— Думаю, по пути сюда она всё же лучше, – сказал Иллюзионист, выискивая во внутренних карманах мантии дорожный кристалл. – Пока у нас нет разрешения на вход в Штольни, Кес всё равно будет лишь пугать окрестных цвергов, и только.

Они уже приблизились к Вратам – как раз с дракона размером, скалившимся на путников зубьями подъёмной решётки. Кое-кто из многочисленных цвергов-стражей сосредоточенно прыгал на месте, дабы согреться. Один проверил у новоприбывших дорожные кристаллы; уверившись в их подлинности, равнодушно указал на маленькие ворота, расположившиеся по соседству с большими.

Конечно, и в эти маленькие ворота спокойно проезжали кареты. Но подле Врат они казались кошачьей дверцей, которую кто-то вырезал в скале по соседству с дверью обычной.

Оказавшись в каменной галерее, уводившей в глубь Окраинных гор, незваные гости скинули засыпанные снегом капюшоны и свернули в одно из боковых ответвлений. Шли долго; в какой-то момент своды туннеля поползли выше, а потом и вовсе взлетели на такую высоту, что разглядеть потолок открывшейся взгляду пещеры было невозможно. Казалось, над каменной площадкой, под которой расстилалась столица Подгорного королевства, молчит беззвёздное небо.

Море Камнестольного переливалось огнями внизу. От белого центра расходились широкие круги жилых районов, с приближением к окраине становившихся темнее. От обзорной площадки убегала вниз длинная крутая лестница: цверги, конные экипажи и те, кого в городе ждали, пользовались иными туннелями, многие из которых для удобства оснастили лифтами. Но незваные пешие визитёры могли попасть в город лишь этим путём.

Впрочем, у Мастеров и амадэя спуск много времени не занял.

Спустившись, пятёрка устремилась к центру мимо низких цвергских домов и садов, раскинувшихся под вечно тёмными небесами, по улицам, освещённым сиянием разноцветных фонарей. Газовых, а не магических, распространённых в городах на поверхности. Цверги не обращали внимания на чужаков – за последние годы люди в Камнестольном стали обычным делом. Цокали блестящими копытами по брусчатке металлические кони; грохотали колёса экипажей и вагонеток, перегонявших по рельсам товары из одной части города в другую – а то и между городами. Пять раз делегация миновала ворота в каменных стенах, отделявших один округ от другого; с каждым разом дома становились светлее, резьба на каменных стенах – искуснее, сады – больше. Растения, приспособившиеся к существованию под землёй, были диковинными: низкорослые кривые деревья с серыми стволами и серой листвой, кусты со стеблями багровыми, как кровь. Цветы и плоды их слегка мерцали во тьме. Вместо травы землю ковром покрывали густые разросшиеся мхи и бледно-голубой папоротник, в котором можно было утонуть по колено.