Книга Карнавал лжи, страница 190 – Евгения Сафонова

— Директор Школы Колдунов не совсем человек. Ему положено знать многое. Знать… и помнить.

— Что значит «не совсем»?

— Возможно, у нас ещё будет время об этом поговорить, – ответил Арон спокойно. – Не сейчас.

Допытывать его никто не стал.

Королевский дворец мало напоминал Альденвейтс. Архитекторы цвергов не стремились уподобиться Ликберу и создать изящное каменное чудо. Высочайшая башня едва превышала три этажа. Излюбленной формой всех зданий у жителей Подгорья являлся квадрат. Внимания был достоин разве что сад: он топил дворец в зарослях мерцающих сиреневых кустов, синих деревьев, похожих на миниатюрные ивы, искристых водяных лилий с золотыми лепестками, зарастивших каскад маленьких прудов.

Впрочем, волшебники прибыли не любоваться достопримечательностями.

— Полагаю, уговорить короля подписать разрешение на пропуск Кеса в Штольни вам тоже будет несложно, – сказал Иллюзионист, когда стражники у дворцовых врат без единого вопроса открыли решётчатые створки и расступились, давая гостям дорогу.

— Я не предложил бы подобный план действий, будь в нём сомнительные пункты.

— А амадэй в гневе страшен, я погляжу.

— Это не гнев. – Арон склонил голову перед цвергами, дежурившими у входа во дворец. Те поклонились в ответ – и, в свою очередь, безропотно отошли в сторону. – И что такое страх, вы познаете, столкнувшись с моим братом.

Препятствий не встретили до самого королевского кабинета. Поднявшись по нефритовой лестнице на верхний этаж, преодолев коридоры из малахита и залы из янтаря, делегация достигла приёмной с колоннами из бирюзы. Трое стражников во главе с королевским секретарём беспрекословно расступились перед Ароном, открывая доступ к массивным резным дверям.

Когда амадэй, коротко постучавшись, вошёл в кабинет, Король Подгорный сидел за столом и писал. Заслышав шум, цверг поднял голову; одарил посетителей взглядом, в котором не промелькнуло и тени удивления.

— Мастера Адамантской Школы, – заключил Король некоторое время спустя. Отложив перо, поднялся с кресла. – Чем обязан столь неожиданному визиту?

Владыка цвергов был облачён в простые суконные штаны и белоснежную рубашку с кружевными манжетами. Некогда чёрные волосы индевели сединой, ту часть серого лица, что не прикрывала аккуратная бородка, избороздили морщины, но тёмные глаза пожилого цверга смотрели чрезвычайно ясно.

— Ваше Величество, – Арон учтиво поклонился, – прошу прощения за нашу дерзость, но дело наше странное… и страшное.

— И не терпит отлагательств, – добавил Заклинатель.

Поразмыслив, Король жестом велел им сесть в кресла, рядком стоявшие у дальней стены просторного кабинета. Он весь был отделан зелёным халцедоном: им были покрыты стены и инкрустирована мебель, из него выточили столешницу, дверную ручку и ручки кресел. В дальнем углу сидел на жёрдочке серебряный соловей – живой, изучавший пришельцев бусинками ониксовых глаз.

Если снаружи дворец не производил особого впечатления, внутренняя отделка живо напоминала, что способны творить цверги из камня и металла.

— Странное и страшное, говорите? – вымолвил Король, вернувшись за стол. – Надеюсь, меня хотя бы удосужатся посвятить в его суть, прежде чем… попросить о помощи, полагаю?

— Конечно, – улыбнулся Арон, опускаясь на одно из сидений. – Это ведь касается и ваших подданных. Иначе я не осмелился бы вас беспокоить.