Книга Бес лести предан, страница 254 – Элиот Лилит

— Мы думаем, что главный наплыв пойдет из центра разлома, – Алексей ткнул пальцем в круг, обозначавший площадь, и оглядел понурых военачальников. – Здесь мы сосредоточим основные силы. Командует генерал Мелиссино, но его величество тоже будет там.

Об этом в свое время было больше всего споров. Многие считали, что император вообще не должен находиться на поле боя, но тот наотрез отказывался отсиживаться в безопасности.

— Две другие ключевые позиции, – Алексей развел руки в противоположные точки на карте. – Истоки разлома. Как только он прорвется, появится и возможность его закрыть. Начинать нужно сразу, мы не может ждать, пока все враги будут истреблены. Отряды великих князей пойдут каждый со своей стороны. С цесаревичем будут мальтийские рыцари, с великим князем Константином – полк Нелидовой. Чем больше разломных тварей удастся уничтожить, тем лучше, но главное – как можно скорее сократить длину разлома. Если сведем все силы к центру, сразу получим преимущество. А до тех пор на всем протяжении разлома должны стоять отряды, сдерживающие натиск бесов. Мы надеемся, что прорыв не случится раньше, чем через ночь, но на всякий случай стоять на позициях нужно уже со следующей. Подкрепления будем распределять по мере их поступления.

Алексей говорил сухо и уверенно, но с каждой секундой все четче осознавал, как чудовищно им не хватает людей. Солдат придется размазывать вдоль разлома тоньше, чем масло по хлебу. И любой, кто хоть раз бывал на Изнанке, знал, чем чревато выходить против разломных тварей, не имея подавляющего численного превосходства.

Константин подошел ближе к карте.

— Тут разлом пересекает реку.

— Да. Днем наведем новый мост.

— А что насчет горожан? – высунулась Нелидова. – Бесов они, может, и не видят, но разломные твари губят всех без разбора.

— Их надо вывести из города. Столько, сколько возможно, – сказал император после короткого размышления. – Господин губернатор займется этим, как только рассветет.

Ко всеобщему удивлению, всегда покорный и угодливый Пален медленно покачал головой.

— Ваше величество, это невозможно.

Стало очень тихо. Даже Александр на миг вынырнул из ступора и потрясенно обернулся к губернатору. Император поднял недоуменный взгляд.

— Почему это?

— Во-первых, поднимается страшная паника. Народ может повести себя непредсказуемо и вместо того, чтобы покинуть город, собраться у стен дворца, требуя ответов. Не забывайте, большинство не видит бесов и не верит в них. Если с утра мы объявим, что нужно бросать все и бежать из города, они не только не поверят, но, чего доброго, решат, что здесь ошибка или произвол. И бросятся искать правды у государя.

Император скривил губы:

— Ну так я дам им эту правду. Царствовать – это не только сидеть на красивом стуле и носить тяжелую корону. По-вашему, я не в состоянии сказать несколько слов своему народу?

— Несколькими словами дело может не ограничиться. Люди будут приходить и уходить, слова придется повторять снова, и снова, и снова. А разве можем мы позволить себе столпотворение на Дворцовой площади? И это еще не все.

С каждым словом Палена лицо императора все сильнее напоминало каменную маску.

— Не все?

— Беженцы забьют дороги, – глаза Палена больше не сияли ни теплом, ни благодушием. Теперь они напоминали сухую древесину. – А по запруженным дорогам не смогут пройти войска.