Книга Бес лести предан, страница 226 – Элиот Лилит

Константин мотнул головой.

— Но вы сами сказали, у нас по меньшей мере несколько месяцев, прежде чем разлом откроется! Я успею принять участие в походе и вернуться, а когда еще выдастся шанс послужить под начальством фельдмаршала?

Этого говорить не следовало. Лицо императора потемнело.

— Да что вам всем так сдался этот фельдмаршал? Австрийцы вон ни с чем не хотели соглашаться, пока я не назначил его командовать походом! Можно подумать, других военачальников нет.

— Откуда же им взяться, если вы увольняете офицеров быстрее, чем их успевают назначать? – Константин от досады совсем забыл про здравый смысл, но под тяжелым быстро взглядом отца опомнился. Втянул голову в плечи, даже отступил на шаг… Но взрыва не произошло.

— Алексей Андреевич, – позвал император. – Что у вас там, бумаги? Давайте сюда. А вы двое свободны.

Константин куснул губу:

— Но…

— Ваше высочество, вы испытываете мое терпение! Найдите лучше, куда запропастился Кутайсов с моим плащом – я в кармане оставил важное письмо.

Мрачный как туча, Константин выскочил за порог. Панин, поклонившись, невозмутимо последовал за ним.

Император обессиленно опустился на стул.

— Как я могу рассчитывать на послушание подданных, если мой родной сын так себя ведет? Офицеров я, видите ли, увольняю! Да с такими офицерами и неприятель без надобности!

— Армии эти увольнения только на пользу, – звучало так, будто он просто поддакивает, но Алексей говорил искренне. – Командиры реже обкрадывают солдат, и других злоупотреблений стало меньше. Об этом везде говорят, куда я ни ездил.

— Ну если так, у благодарных солдат и буду искать убежища, когда вконец надоем офицерам, – император проговорил это с усмешкой, но Алексей не был уверен, что он шутит. – Ну да не могу я строго судить Константина. Помню, как сам злился, когда матушка так и не разрешила поучаствовать ни в одной из ее кампаний. Но я не могу его отпустить. Когда разлом откроется, он должен быть здесь, – рука, теребившая край мундира, замерла, что-то нащупав. – А, да вот же письмо. Взгляни, это от Германа.

Алексей заглянул в выуженную записку – очень короткую, всего одна строчка:

«Когда начнется война, смотрите в оба за разломом».

— «Смотрите в оба»! – Император потряс головой. – А чем, по его мнению, мы занимаемся?

Алексей вспомнил свой сон о корабле, утонувшем в чужой тьме, и по спине пробежал холодок. Если это не просто сон и Герман нашел еще одного гершварца… Но ведь они на другом конце света, разве может это иметь отношение к разлому? Да и скорее всего, это просто кошмар – в Петербурге сны вечно наводняли безумные тени. Мелькнула мысль рассказать его величеству, но… Алексею разом бросились в глаза и его бледность, и вспухшие под глазами мешки, и углубившиеся морщины. Вступая на престол, император кипел лихорадочной энергией, теперь – выглядел так, будто вот-вот свалится в обморок от изнеможения. Тревожить его еще и бесплотными угрозами?

Алексей молча подхватил с каминной полки графин с водой и поставил на стол полный бокал. Император глянул с удивлением, и он тотчас смутился – ну куда суется? Но легкая улыбка развеяла испуг:

— Что, так плохо выгляжу?

— Нет, ваше величество, только… – Алексей сглотнул. – Усталым.

— Да, – согласился император рассеянно. – Пока не наденешь корону, даже не представляешь, как она тяжела. Кто-то скажет – слишком тяжела для одного человека.