Книга Бес лести предан, страница 104 – Элиот Лилит

— Вам действительно лучше отдохнуть. Вы нездорово выглядите.

— Ты слишком обо мне заботишься, – Александр с улыбкой покачал головой. – Что ж, если понадоблюсь, я буду у себя.

Цесаревич прогуливался меж аккуратных, недавно выбеленных домов. Завидев Алексея, резко остановился.

— Что вас так задержало? Говорите скорее, как все прошло.

Алексей неуверенно покосился на дома.

— Прямо здесь?

— Говорите, я сказал! Получилось у вас или нет?

— Получилось, ваше высочество.

Напряжение ушло из задубевших от тревоги плеч. Взгляд цесаревича смягчился.

— Где Александр?

— Я попросил его идти отдыхать. Эта ночь из нас обоих выжала все соки.

Цесаревич вздернул бровь.

— Ты-то здесь.

— Мне стало лучше после того, как его высочество позволил мне перевести дух в Зимнем дворце.

— И вы решились показаться во дворце после того, что устроили у князя?

— У князя нас никто, кроме него самого, не видел. И во дворце тоже только пара караульных и великая княгиня, – тут перед глазами встало лицо ненавистного екатерининского фаворита. – Нет, мы еще столкнулись с графом Зубовым, но не думаю, что от него будут проблемы. Великий князь нашел, чем заткнуть ему рот.

Цесаревич хмыкнул, но недовольства во взгляде поубавилось.

— Хорошо. Отойдем с улицы, и расскажешь подробнее.

В парке было тенисто и свежо. Алексей тщательно пересказал все произошедшее. Цесаревич не прерывал. Даже яркое майское солнце не могло прогнать с его лица усталые морщины. Сорок лет, а далек от престола так же, как в семь… Сколько же еще ждать?

— Вы славно поработали, – но его мысли были не здесь. – Мне следует тебя наградить.

Алексей смутился.

— Служба вашему высочеству – уже награда.

Мелькнувшее во взгляде цесаревича одобрение было слаще любой похвалы.

— Вот поэтому ты ее и заслуживаешь, – он призадумался. Взмахнул рукой. – Жди здесь.

Алексей слишком устал, чтобы гадать. Он привалился к стволу старого дуба, прижался щекой к шершавой коре. Боялся, что кошмар снова сорвет с петель дверь в реальность, но все было спокойно, только птицы перепевались в шепчущих кронах да где-то жужжал шмель.

Гатчина. Маленький сказочный мир, где все всегда хорошо. Где день – яркий и долгий, а ночь – нежна и не прошита чудовищами. Где все делают то, что им положено, а управляет – добрый и справедливый хозяин. Где на горизонте – только малиновые рассветы и правильное будущее.

Шаги. Алексей разлепил глаза и поспешно выпрямился, но цесаревич не сделал ему замечания. От усталости все вокруг плыло, так что вытянутый предмет в его руках Алексей по привычке принял за трость. Но, моргнув, встрепенулся: шпага. Длинный узкий клинок, витая тяжелая гарда и у рукояти – медальон с красным крестом в круге.

— Орден Святой Анны. Носить его открыто нельзя – ее величество не желает, чтобы я раздавал ордена по своему усмотрению. Но придет и для него время.

Алексей потерял дар речи. Что уж там орден, сама шпага выглядела безумно дорогой. Такое оружие дарят наследникам, а не отличившимся худородным офицерам.

— Освященная сталь, – кивнул цесаревич. – Да не абы какая. Был бы здесь Герман, рассказал бы в подробностях, когда и через какие европейские соборы эта шпага прошла. Перед ней ни одна тварь не устоит.

— Ваше высочество, я не могу… Это слишком большая честь…