Книга Бес лести предан, страница 101 – Элиот Лилит

Александр отнял руку, и Алексей невольно дернулся следом. На изнанке век замерцали цветные круги.

— Ты отлично справился.

— Я разве что-то сделал?

Александр рассмеялся, но смех быстро увял. Вид у него был бледный и страшно усталый.

— Вы хорошо себя чувствуете?

— Да, – последовал короткий ответ. И, после паузы: – Не знаю. А ты?

— Я?

— Не тошно тебе замешиваться во все эти интриги?

— Да разве я замешиваюсь? – замешивается ли в дела хозяина цепной пес, которого грозятся спустить на непрошенных гостей? – Я только выполняю, что ваш отец велит.

— А, – взгляд Александра потускнел. – Тогда все хорошо.

— «Хорошо» с таким понурым видом не говорят, ваше высочество.

Порыв ветра пронзил их до костей. Кудри Александра взметнулись беспорядочным светлым облаком. Он отвернулся и уставился на разгорающуюся зарю.

— Чем дольше я играю в эти игры, тем больше их ненавижу. Все так и норовят вцепиться друг другу в глотки, и никто никого не слушает. Войны, бесы, разломы… А они всё перетягивают эту проклятую корону, – Александр скривил губы. – Я, наверное, кажусь тебе избалованным мальчишкой, да?

Алексей вспомнил свое крохотное имение и детские страхи, лезущие из-под кустов с приходом ночи. Мертвых детей на руках матери. Вечную злость и вечную бедность отрочества, глухую усталость и непрерывный труд службы… Что он мог ответить этому юноше с мягкими руками и мягкими улыбками? Что ему, конечно, тяжелее всех?

— Да, кажусь, – Александр тоскливо улыбнулся. – И ты прав, конечно. Но я ни о чем из этого не просил. Если бы только я родился вторым… Или сыном какого-нибудь графа… Я бы уехал куда-нибудь далеко, поселился с женой в тиши и спокойствии и крепко спал по ночам, а не шастал запугивать недругов моего отца из-за прихоти бабушки. И ты бы, наконец, прекратил тыкать мне этим своим «высочеством».

— Меня бы с вами не было.

— Да, – Александр вздохнул. – Не знаю, зачем об этом заговорил. Просто устал.

— От одной бессонной ночи?

— От того, что вечно приходится поступаться своими желаниями, потому что все от меня чего-то ждут.

На фоне заливающегося багрянцем неба его силуэт поблек. Алексей испугался – вдруг поблекнет совсем? Растворится, как туман или радуга?

— И что бы вы желали сделать сейчас?

Александр пожал плечами.

— Пойти во дворец и отдохнуть хоть немного. Жену навестить. Веришь ли, она по мне скучает, моя Лиза.

— И что вас останавливает?

— Как же? Отец снова решит, что я плету интриги у него за спиной. Чем еще заниматься в Зимнем дворце? – горечь его слов не вязалась с беспечной улыбкой. – Да и тебя негоже задерживать. Ты, похоже, ненавидишь Петербург не меньше его величества.

— Вовсе я его не ненавижу, – солгал Алексей. – И я сам на ногах едва стою. Уверен, его величество поймет, если мы задержимся на пару часов. Он сам мне говорил, что хороших лошадей не загоняют.

Александр распахнул глаза.

— И неужели долг не гонит тебя в Гатчину?

— Думаю, я сегодня свой долг уже выполнил.

Александр расцвел – такая детская, такая открытая радость…

— Ну так пойдем скорее! – в зареве рассвета город засиял сотней красок и оттенков. Нева с шелестом переливалась в гранитных оковах. Где-то звонили колокола. – Будет ужасно, если ты свалишься от изнеможения прямо на набережной, да?

— Да.

На язык просилось привычное «ваше высочество», но Алексей его проглотил.