Книга Заклятья метели. Колядки других миров, страница 19 – Софья Ролдугина, Евгения Сафонова, Анастасия Андрианова, и др.

Правда или ложь?.. Инквизитор, Охотник, баньши и маленький маг замерли, как храмовые статуи, пока в молчании тёмного бога одна за другой пропадали секунды.

Правда или…

Ладони Донна вновь сомкнулись в хлопке – а потом ещё и ещё раз, сплетая ритм ироничных аплодисментов.

— Трогательно. Усомнился бы в твоей искренности, не видь я тебя насквозь… во всех смыслах. – Взор янтарных глаз обратился на Тоби, дрожавшего не хуже Скрэпера. – Он не лжёт, Тобиас Кэрренс. Он раскаялся, как ты и хотел – благодаря вмешательству моих видений и слуг. И он намерен провести остаток своей жизни лучшим человеком, чем провёл большую её часть.

Ноги подвели старика: тот рухнул на колени, спрятав лицо в ладони, сотрясаясь в беззвучных рыданиях.

— Да, – прошептал Тоби, глядя на плачущего Скрэпера без малейшей радости. – Как я и хотел.

— И моему слуге ты обещал душу. Уговор есть уговор.

Тоби посмотрел на руку тёмного бога, требовательно протянутую к нему.

Он не заплакал. Только зажмурился, прежде чем рывком рвануться из хватки Морган.

…пора.

— Стой, Повелитель Дикой Охоты, – молвил Гэбриэл, мерным дыханием пытаясь унять бешено колотящееся сердце и сосущее чувство под ложечкой. – Примешь ли ты замену одной души на другую? Если твоим новым слугой станет не мальчик, не старик, но мужчина?

Тёмный бог удостоил его безраздельным вниманием, столь пристальным, что оно не оставляло в этом мире ничего, кроме следящих за тобой солнечных глаз со зрачками чёрными и бездонными, как Вселенная.

— И кто же станет заменой? – мягко уточнил Донн. – Ты?

— Ни я, ни Скрэпер, ни мои друзья, – молясь, чтобы его не предал собственный голос, ответствовал Гэбриэл твёрдо. – Но есть иная душа, задержавшаяся в мире живых. Мы призвали её в этот дом. Она согласна на этот обмен. И она ждёт твоего слова.

Донн вскинул бровь – Гэбриэл с потрясением осознал, что тот самую капельку удивлён. Собрав пальцы щепотью, щёлкнул одним об другой.

Рыжеволосый мужчина с густыми усами и бакенбардами проявился в воздухе, словно полупрозрачная картинка на стекле, которую прятала размывшаяся теперь грязь. Он и был воздухом, и следы мучительной смерти в ледяной воде никак не проявились в облике его души.

— Забирай меня, Повелитель Кошмаров. Я уйду к тебе – за сына, – губы мужчины шевельнулись, рождая призрачное эхо мёртвого голоса. – Я всё равно уже в прошлый Йоль мог в твоей свите оказаться, будь псы твоих всадников немного быстрее.

Под ногами призрака белели разводы, оставшиеся на полу от стёртого мела. В них ещё угадывалась пара букв алфавита, который Инквизиторы чертили часом ранее.

Скрэпер, отняв пальцы от щёк, потрясённо вздёрнул голову.

— Папенька!

— Примешь ли ты эту замену, Владыка? – повторил Гэбриэл, не обращая внимания на Тоби и Морган, закрывшую рот мальчика голубой ладонью. – Чтобы старик делом доказал, что изменился, а мальчик – прожил отмеренный ему срок и познал полностью людскую жизнь?

В зрачках Донна вспыхивали и гасли звёзды потусторонних небес. Огонь в камине глодал толстое йольское полено, пожирал ясеневую древесину, сидр и масло, и то был единственный звук в тишине, не рушимой даже людским дыханием.

…а потом тёмный бог кивнул.

Гэбриэл не выдохнул с облегчением. Облегчения не могло быть.

Это не победа – наименее болезненный проигрыш.