Книга Всадники Перна, страница 529 – Энн Маккефри

— Я почти готов согласиться с Лессой, – недовольно буркнул Джексом и, зачерпнув ложкой большую порцию каши, запихал ее в рот. Ему тут же пришлось встать, поспешно утирая губы: в кухню быстрым шагом вошел Лайтол.

— Прошу прощения, – с набитым ртом пробормотал Джексом. – Я не завтракал!

Лайтол столь пристально смотрел на него, что Джексом нервно улыбнулся, подумав, знает ли уже управляющий о его утренней вылазке.

— Ты выглядишь намного лучше, чем тогда, когда я видел тебя в последний раз, парень. Доброго дня, Шарра. – Рассеянно кивнув девушке, он преодолел оставшееся расстояние и крепко стиснул руку Джексома. Он отступил на шаг, и на его губах возникла улыбка. – Ты загорел и окреп. Так что ты там сегодня сотворил?

— Сотворил? Я? Да что ты! – Джексом не смог удержаться от улыбки. Лайтол явно был доволен и вовсе не злился. – Гора стоит там уже давным-давно, и сотворил ее вовсе не я. Но мне хотелось увидеть ее вблизи, первым!

— Джексом! – Рев мастера-арфиста невозможно было оставить без ответа.

— Мастер?

— Иди сюда, Джексом!

В последующие часы Джексом был благодарен Шарре за то, что ей пришла в голову мысль накормить его завтраком. Времени поесть еще у него не нашлось. Едва он вошел в главный зал, на него накинулись с вопросами предводители Вейров и мастера цехов. Пьемур во время Падения, похоже, был крайне занят, поскольку мастер Робинтон уже завершил набросок юго-восточного склона Горы, чтобы показать его недоверчивым гостям, и грубую мелкомасштабную карту этой части Южного континента. Судя по монотонному голосу Менолли, описывавшей их прогулку к Горе, она уже повторила этот рассказ бессчетное множество раз.

Больше всего из того обсуждения запомнилось Джексому чувство сожаления, что мастер-арфист не мог увидеть Гору собственными глазами. Но если бы Джексом стал ждать, пока мастер Олдайв разрешит арфисту летать в Промежутке…

— Знаю, ты только что сражался с Нитями, Джексом, но не мог бы ты просто дать Мнемент’у нужный образ… – начал Ф’лар.

Н’тон расхохотался, показывая на Джексома.

— Видел бы ты свое лицо, парень! Ф’лар, он готов повести нас за собой! Позволь ему!

В итоге Джексом вновь облачился в еще влажное летное снаряжение и вытащил Рут’а из его песчаной ванны. Рут’ был вполне доволен, что ему выпала честь вести за собой бронзовых драконов Перна, но Джексом с трудом сдерживал за внешней невозмутимостью охвативший его восторг. Он, Джексом, и его белый дракон – во главе самых важных людей на всем Перне!

Он мог бы попросить Рут’а прыгнуть прямо к юго-восточному склону Двуликой горы, как он стал ее называть. Но отчего-то ему хотелось, чтобы все тоже оценили разительный контраст двух ее сторон: обезображенной и прекрасной.

Судя по выражениям лиц всадников, когда они ненадолго зависли над горным хребтом, ему удалось достичь желаемого. Дав им время насладиться видом сверкающей на солнце подобно неровным белым зубам гряды, он показал в сторону моря, где ни утренний туман, ни Нити больше не скрывали тянувшуюся на северо-восток цепочку вулканов, которая уходила в сторону горизонта, где клубился легкий дымок.

Джексом велел Рут’у пролететь над заливом, как и в прошлый раз, и подняться повыше, прежде чем он дал дракону координаты следующего прыжка в Промежутке. Они вновь возникли над юго-восточной стороной Двуликой горы – вряд ли кто-либо мог ожидать более впечатляющего зрелища.