Книга Всадники Перна, страница 155 – Энн Маккефри

Что ж, пусть Древние Вейры живут по своим обычаям, если им так лучше. Но Ф’нор был согласен с Ф’ларом в том, что здравый смысл требует предоставить юным дракончикам как можно более широкий выбор. Да и родившихся в Вейре юношей на всех новорожденных драконов попросту не хватало, хотя женщины в Нижних пещерах Бенден-Вейра были весьма привлекательны.

А если кто-то из других Вейров, скажем, Г’нариш из Айген-Вейра или Р’март из Телгар-Вейра объявит открытыми для всех брачные полеты своих юных королев, Древние Вейры обнаружат, что кладки становятся больше, а вылупившиеся из них драконы – крупнее. Нужно быть дураком, чтобы не допускать притока свежей крови.

Вечерний ветерок сменил направление, неся едкую вонь настоя болеутоляющей травы. Ф’нор застонал, вспомнив, что женщины варят мазь, универсальное средство от ожогов Нитей и других болезненных повреждений. Именно поэтому он вчера удрал в Поиск. Запах снадобья проникал повсюду. Вчерашний завтрак имел вкус лекарства. Поскольку приготовление мази представляло собой утомительный и вонючий процесс, большинство всадников предпочитали при нем отсутствовать. Ф’нор бросил взгляд через Чашу Вейра на вейр королевы. Рамот’а, естественно, была на площадке Рождений, оберегая свою последнюю кладку, но бронзового Мнемент’а на привычном карнизе не наблюдалось. Вероятно, они с Ф’ларом сбежали то ли от вездесущей вони, то ли от переменчивого настроения Лессы, которая добросовестно исполняла даже самые обременительные обязанности госпожи Вейра, но это вовсе не означало, что они ей нравились.

Несмотря на вонь, Ф’лар ощутил голод. Он не ел со вчерашнего вечера, а поскольку разница во времени между Южным Боллом на западном побережье и Бенден-Вейром на востоке составляла добрых шесть часов, ужин в Бенден-Вейре он пропустил.

Почесав на прощание Кант’а, Ф’нор сообщил дракону, что пойдет поищет чего-нибудь поесть, и начал спускаться по каменному склону. Одной из привилегий помощника предводителя была возможность выбора жилища. Поскольку Рамот’а, старшая королева, считала, что двух младших королев в Бендене более чем достаточно, еще два королевских вейра пустовали. Ф’нор присвоил один из них себе, и теперь ему не требовалось беспокоить Кант’а, чтобы спуститься на нижний уровень.

С приближением к входу в Нижние пещеры вонь все усиливалась, даже глаза защипало. Прихватив немного кла, хлеба и фруктов, он подошел послушать командира юных всадников, расположившихся с наветренной стороны от входа. Как помощник предводителя Ф’нор не упускал возможности понаблюдать за новыми всадниками, особенно теми, кто родился не в Вейре. Сыновьям холдеров и ремесленников требовалось время, чтобы освоиться. Свобода и привилегии порой кружили мальчишкам голову, особенно после того, как они совершали первые полеты в Промежутке, позволявшие в одно мгновение переместиться в любую точку Перна. Опять-таки, Ф’нор поддерживал Ф’лара в том, что к Запечатлению следует готовить юношей постарше, хотя в Древних Вейрах подобную практику осуждали. Но, во имя Скорлупы, когда парню восемнадцать и больше, он уже понимает всю ответственность всадника, даже если родился в холде. Он уже достиг эмоциональной зрелости, это нисколько не мешает Запечатлению, зато он способен осознать и понять последствия пожизненной связи, духовного контакта, полного сопереживания между ним и его драконом. Повзрослевшему юноше хватает знаний, чтобы сдерживать инстинкты своего подопечного: маленький дракон не отличается сообразительностью, и, если по глупости позволить ему обожраться, от его мучений будет страдать весь Вейр. Впрочем, даже взрослые драконы жили понятиями «здесь и сейчас», не особо раздумывая о будущем и не особо вспоминая о прошлом, разве что на уровне инстинктов. «Что ж, может, оно и к лучшему», – подумал Ф’нор. В конце концов, именно драконы принимали на себя главный удар в борьбе с Нитями. Не исключено, что яркие воспоминания, полные ассоциаций, попросту заставили бы их отказаться от битвы.