Книга Всадники Перна, страница 153 – Энн Маккефри

Арфист невольно улыбнулся, представив изящную худощавую фигуру госпожи Вейра, ее белую кожу, облако темных волос, взгляд искрящихся серых глаз, острый язык. Никто на Перне не мог отказать ей в уважении и не осмелился бы вызвать ее недовольство – за исключением Ф’лара.

Что касается предводителя Бенден-Вейра, то для него подойдет хорошо структурированная воинственная тема, вполне соответствующая его проницательным глазам цвета янтаря, подсознательному чувству превосходства, неиссякаемой энергии, исходящей от стройной фигуры бойца. Сможет ли он, Робинтон, пробудить прежнего Ф’лара, так непохожего на нынешнего отстраненного? Или не стоит так уж беспокоиться из-за мелких трений между лордом-холдером и предводителем Вейра? Но без всадников Перна Нити высосут землю досуха, даже если огнеметами вооружатся все мужчины, женщины и дети планеты. Упущенная и укоренившаяся Нить способна распространяться по равнинам и лесам со скоростью полета дракона, пожирая все живое и неживое, за исключением камня, воды и металла. Робинтон покачал головой, раздосадованный собственными мыслями. Нет, всадники ни за что не бросят Перн в беде, позабыв о своем исконном долге.

Дальше – мощный удар в самый большой барабан. Начинаем тему в честь Фандарела, мастера-кузнеца, с его бескрайней любознательностью, мозолистыми умелыми руками и пытливым умом. Отчего-то многие полагают, что медлительный великан неспособен быстро соображать…

И долгая грустная нота для Лайтола, который когда-то был всадником Бенден-Вейра, но потерял своего дракона Ларт’а из-за несчастного случая во время Весенних Игр – то ли четырнадцать, то ли пятнадцать Оборотов назад. Лайтол покинул Вейр, поскольку пребывание среди всадников лишь обостряло чудовищное чувство утраты. Он обучился ремеслу ткача и стал мастером в холде Плоскогорье. Именно тогда Ф’лар обнаружил во время Поиска Лессу, а когда Лесса отказалась от своих притязаний на Руат в пользу юного Джексома, Ф’лар назначил Лайтола управляющим Руат-холдом.

Но как подчеркнуть величие драконов Перна? Вряд ли найдется достаточно грандиозная тема для этих громадных, но таких добрых и нежных крылатых зверей. В момент вылупления из яйца происходило таинство Запечатления. Будущие всадники соединяли свой разум с разумом дракона и становились неразрывным целым. Всадники, выжигавшие вместе с драконами Нити, любили своих зверей и заботились о них, ведя с ними мысленные разговоры. «Интересно, каково это?» – подумал Робинтон, вспомнив, что в юности сам хотел стать всадником. Драконы Перна могли загадочным образом в мгновение ока перемещаться из одного места в другое. И даже из одного времени в другое!

Глубоко вздохнув, арфист занес руку над песком и вывел первую ноту, а за ней первое слово, гадая, сумеет ли он сам найти в песне какой-то ответ.

Он едва успел перенести текст на мягкую глину, чтобы его сохранить, когда донесся первый удар барабана. Быстро выйдя в маленький внешний дворик Дома арфистов, Робинтон прислушался, наклонив голову, – да, это было предназначавшееся ему сообщение, настойчивая барабанная дробь. Он настолько сосредоточился, что не сразу понял, что все остальные звуки, обычные для мастерской арфистов, вдруг смолкли.

— Нити? – У него мгновенно пересохло в горле.