Онлайн книга «Десять погребальных нот»
|
Медленно выдохнув через нос, Хань И нахмурилась. Мало того, что она умерла в своём мире, так ещё едва не стала жертвой страшных чудищ. А Хань Цзишэ… — Из какой ты эпохи? При какой династии живёшь? – спросил Юнь Сяо. Отвлёкшись от мрачных мыслей, Хань И глянула на него исподлобья. По тону и не скажешь, что он испытывал искренний интерес к её персоне, скорее, пытался понять, какими традициями и временем обусловлен её странный внешний вид. Хань И не спешила отвечать, пытаясь понять, как объяснить тот факт, что у них уже давно нет императора, а страной руководит партия наравне с капитализмом. — Знаешь династию Тан[44]? Ни один мускул не дрогнул на лице Юнь Сяо, только напряжение во взгляде выдало его сомнение. Хань И предпочла сделать вид, что не заметила его смятения. — Ну или возьмём, например, династию Чжоу. Отсчитывай с начала её правления примерно три тысячи лет, и получишь моё время. — Ясно. Юнь Сяо вёл себя так, словно её пояснения вообще ни о чём ему не говорят. С равнодушным видом он попивал чай и закусывал вялеными фруктами, замоченными в сладком сиропе. Хань И неспешно ела свой рис и с недоумением обдумывала поведение Юнь Сяо. Он мог не знать о династии Тан, если жил намного раньше, но если он родился задолго до возникновения династии Чжоу, то как они могли понимать друг друга? Порой жители разных регионов Китая не понимали друг друга, а тут речь шла уже о тысячелетиях. Юнь Сяо молча смотрел в окно, наблюдая за людьми, сновавшими по улице. Ничто не предвещало беды, как вдруг его глаза загорелись, словно он увидел кого-то знакомого. Ловко подобрав косточку финика, он бросил её в окно, будто метательный снаряд, который ударил точно в голову молодого мужчину в светлых одеждах. Ойкнув и схватившись за макушку, тот обернулся, и Хань И тотчас узнала Шу Дуньжу. Но не это так её взволновало. — Племянник! – чуть не выплюнув изо рта рис, воскликнула Хань И и вскочила с места. — Хань И! – обрадованно отозвался Хань Цзишэ и стрелой залетел в чагуань. Позабыв о трапезе, Хань И выскочила из-за стола и бросилась к лестнице, на которой уже появился Хань Цзишэ. Забравшись наверх снежным барсом, он с той же скоростью и прытью заключил Хань И в объятия, словно поймал долгожданную добычу. Посетители за соседними столиками недовольно зашептались, но Хань И ничего не слышала, – она была счастлива, что Хань Цзишэ жив и здоров и они наконец нашли друг друга. Но радость была недолгой. Тут же закралось сомнение: почему они так легко встретились, как ряска на воде[45]. — Как ты здесь оказался? Точнее… как вы вместе оказались? – спросила Хань И, отстранившись от Хань Цзишэ и заглядывая ему через плечо, где по лестнице спокойно поднимался Шу Дуньжу. — О таких, как господин Хань, обычно говорят: муравей раскачивает дерево[46]. А он ещё и оказался муравьём с храбростью простолюдина[47]. Несмотря на далеко неодобрительный смысл фразы, Шу Дуньжу произнёс её с улыбкой, словно журил младшего брата. Внутреннее освещение чайного дома позволило Хань И лучше рассмотреть молодого учёного: мягкие черты и здоровый цвет лица с кошачьим взглядом делали его привлекательным, даже немного женственным. — У госпожи очень смелый племянник. Он помог этому достопочтенному избежать проблем на тропе грешников. Поэтому мы решили объединиться и продолжить путь вместе. |