Книга Десять погребальных нот, страница 150 – Ирина Голунцова

Но если слух подсказал ему о наличии оружия, то чутьё подчеркнуло присутствие тёмной ци, которая волнами накатывала на корабль. Если местоположение Нань Гуацзы он улавливал благодаря их связи, то другие источники вызвали у него опасение. И один из них находился на нижней палубе.

Хань Цзишэ скользнул к трапу. Воздух внизу был затхлый, смешанный с солью, железом и чем-то ещё. От этой тяжести, пахнувшей страхом и отчаянием, хотелось не просто зажать нос, а бежать прочь.

Спустившись на нижнюю палубу, Хань Цзишэ почувствовал, как тьма вокруг стала почти осязаемой. Настенный фонарь едва ли справлялся с густым мраком, здесь не было ни души, даже крыс не оказалось, не говоря уже об охране, которая должна сторожить Хань И. Тревога только возрастала, внутреннее ядро затрепетало, как свеча на ветру, а ци отзывалась неровно – то обострялась, то гасла. Хань Цзишэ не сразу сообразил, что туман пробрался и сюда, как живая тварь, прикасавшаяся к коже холодными щупальцами.

Это не к добру. Ох как не к добру.

Почему-то на борту этого корабля Хань Цзишэ ощущал себя рыбой, плавающей в котле. Он шёл по узким коридорам, касаясь ладонью стен, пока не услышал хриплое порывистое дыхание. Повернув за угол, он увидел дверь, не только запертую на засов, но и увешанную проклятиями и оберегами. Назначение этих побрякушек не вызывало сомнений, вот только зачем ими отгораживать того, кто внутри?

Несмотря на множество талисманов, Хань Цзишэ почувствовал за дверью источник энергии. Тёплый, близкий. Дорогой.

— Хань И, – прошептал он, и сердце дрогнуло.

Он не стал колебаться. Ци вспыхнула в меридианах, и стоило только подумать, как засов разлетелся с глухим треском. Уверенно распахнув дверь и разорвав несколько талисманов, Хань Цзишэ шагнул вперёд. Внутри, в полумраке на матрасе, который чудом не пропитался влагой и не порос плесенью, сидела она – с растрёпанными волосами, обхватив колени и уронив голову. Покачиваясь из стороны в сторону и надрывно дыша, словно пытаясь побороть тошноту, Хань И даже не обратила внимания на незваного гостя.

Как только глаза привыкли к темноте, Хань Цзишэ оторопело замер и уставился на Хань И, разглядывая детали: её бледную кожу, покрытую тёмными прожилками, подрагивающие руки и… разве Хань И всегда была такой маленькой?

— Хань И?

Собственный голос показался до жути хриплым и холодным. Хань И даже не отреагировала на своё имя. У Хань Цзишэ оборвалось всё внутри. Он бросился к ней, опустился на колени и осторожно, словно опасаясь вспугнуть, обхватил её холодные руки. Хань И напряглась и замычала, но более никак не отреагировала, и тогда Хань Цзишэ обратил внимание на её запястья, свободные от кандалов Диюя.

Как это возможно?..

Боясь, что всё происходящее обернётся иллюзией, он поспешно обхватил её лицо ладонями. Её взгляд едва ли можно было назвать осмысленным, Хань И пребывала в полубредовом состоянии, поэтому Хань Цзишэ предпочёл оставить разговоры на потом.

— Я пришёл, – прошептал он. – Всё хорошо. Я заберу тебя.

Где-то над ними взревели демоны и охотники, после чего корабль так шатнуло от удара, что теперь не оставалось сомнений – команда Нань Гуацзы начала активный абордаж. Времени почти не оставалось.

Не раздумывая, Хань Цзишэ поднял Хань И на руки и с болью отметил, что её тело было лёгким, слишком лёгким. Сердце сжалось от мысли, через что она прошла. Но сейчас – не время об этом думать.