Книга Хроники Дердейна. Трилогия, страница 256 – Джек Холбрук Вэнс

Ифнесс зашипел от досады, но выхватил камеру и стал фотографировать остатки корпуса:

— Не ожидал ничего лучшего, но, если бы хоть что-нибудь уцелело, – какой бы это был трофей для исследователя! Потеряна возможность сравнить наши представления с новой, чуждой космологией! Какая жалость, какая трагедия!

Этцвейн, не ожидавший от хладнокровного землянина такой горячности, даже немного опешил. Они подъехали ближе – громадный разрушенный звездолет завораживал зловещим, неприязненным величием. Ифнесс спрыгнул с быстроходца, подобрал обрывок металла и взвесил в руке, выбросил его, подошел к пролому в корпусе и заглянул внутрь, с отвращением покачав головой:

— Пепел и крошево! Все сожжено, раздавлено, расплавлено! Здесь мы не найдем ничего интересного.

Этцвейн сказал:

— Вы заметили, что в диске не хватает сектора? Смотрите: он там, застрял в трещине под скалой.

Ифнесс прищурился в указанном направлении:

— Вероятно, двигатель детонировал после первого залпа, и сектор выбросило взрывной волной, а под дальнейшим обстрелом основная часть корпуса сгорела и расплавилась. – Историк поспешил к расщелине, куда вклинился недостающий сектор – метрах в двадцати от корабля. Наружная оболочка, деформированная, изрытая вмятинами, чудом не разорвалась – как огромная бронзовая пробка, забитая и сплющенная кувалдой, сектор закупоривал узкий проход между глыбами песчаника.

Чтобы подобраться к отброшенному взрывом сектору, пришлось карабкаться вверх по осыпи. Ифнесс потянул за край треснувшей оболочки, к нему присоединился Этцвейн. Приложив немалые усилия, вдвоем им удалось отогнуть листовой металл настолько, чтобы можно было пролезть внутрь. Из широкой щели пахнуло зловонием разложения, непохожим ни на один из запахов, знакомых Этцвейну… Этцвейн замер, поднял руку:

— Тихо!

Снизу доносился едва различимый царапающий звук; через две-три секунды он прекратился.

— Кто-то – или что-то – еще шевелится. – Этцвейн вглядывался в темноту. Перспектива лезть внутрь погибшего корабля его не привлекала.

Ифнесс долго не раздумывал. Из походной сумки он вынул предмет, никогда еще не попадавшийся на глаза Этцвейну, – небольшой прозрачный кубик. Внезапно из кубика вырвался мощный сноп белого света. Ифнесс направил его в темный лаз. В полутора метрах под отверстием вдоль переборки помещения, напоминавшего хранилище, тянулась выгнувшаяся дугой скамья или полка. У противоположной стены скопилась неразборчивая груда свалившихся и скатившихся по наклонному полу предметов. Ифнесс опустился ногами на скамью и спрыгнул на пол. Этцвейн с тоской оглянулся на песчаную равнину, но последовал за историком. Рассматривая кучу предметов в углу, Ифнесс протянул руку в сторону:

— Труп. – Этцвейн подошел ближе. Мертвое существо лежало на спине, привалившись к стене. – Антропоморф: две руки, две ноги, голова, – сказал Ифнесс. – Ни в коем случае не человек, даже отдаленно не напоминает человека. И пахнет не так, как человеческий труп.

— Хуже, – пробормотал Этцвейн. Нагнувшись, он изучал тело. На мертвеце не было никакой одежды, кроме ремней, удерживавших три сумки, по одной на каждом бедре и под затылком. Кожа – сухая, лиловато-черная – походила на ороговевший пергамент. Голову опоясывали несколько параллельных костяных выступов или ребер, лучами расходившихся спереди от выпуклого защитного кольца вокруг единственного глаза. Напоминавшее рот отверстие находилось в основании шеи. Слуховыми органами служили, вероятно, подушечки матовой щетины на висках.