Книга Гёрлхуд, страница 90 – Софа Вернер

Взрослые продолжили процедуру купли-продажи, а я смотрела на ручку двери, всё ожидая, что она задрожит. Я почти чувствовала дышащую, но ослабшую Времладу за дверью, видела путь к ней – но не могла подтянуть себя ближе, чтобы разрушить преграду между нею и преступлением, которым разоряли её кабинет и детище. Когда-то давно моя старшая сестра из ревности и назло порвала салфетку-паутинку, которую я сплела для мамы в подарок на день Кошмара сама, по схемке из интернета – раньше это был самый ужасный праздничный день в моей жизни. Теперь переменившийся в осени год буквально уничтожил любое воспоминание о глупом детском горе и показал, что чем взрослее ты становишься, тем меньше плачешь и больше разочаровываешься в других.

Прошли минуты, но для меня, будто самой неусидчивой на свете, уже тянулись на верёвочке годы. Я вновь вмешалась в чужой разговор:

— Новый директор, кстати, обещал какие-то изменения в учебной программе. Мы с моими подругами выпускницы, нас будет это касаться?

— Брось, они тебе не подруги, – зачем-то обидел меня Смерть. – Да и школьная дружба забывается в миг после выпуска, не переживай.

— Неправда! Злость нас по-настоящему объединила! – я даже умудрилась чуть содрогнуться, хотя какая-то неведомая магия меня всё ещё крепко удерживала. – Вы же почти полицейские, разве не странно, что какой-то мужик удерживает в заложниках целое училище? А двух девчонок вообще к стульям привязал? Ну, нас?

— Вы слишком активные и всем мешаете, – пояснил Лихо очень придирчивым, писклявым тоном. – Никто не должен был вмешиваться в дела вышестоящих.

— Так вы же и не прячетесь! – Я заспорила и хотела топтать ногами, да так сильно, что Аида будто считала мои эмоции и задёргалась сама, создав шум. Меня немного испугал её внезапный припадок, но останавливаться уже поздно. – Я была здесь, когда вы пришли к Времладе говорить о каком-то обряде! Я знаю, что вы были в каком-то сговоре с ней, но обманули всех нас!

Когда я сказала всё это вслух, то облегчённо вздохнула. Знание, занимавшие большую часть мыслей, наконец-то перестали принадлежать только мне. Казалось, что я вскрыла нарыв – но до того, как я очищу весь гной, мне придётся хорошенько поддавить пальцами во всех сторон и обработать место воспаления. На следующий день кожа воспалится снова, и придётся проделать то же самое ещё пару раз, принося себе тупую боль.

Женщина зафиксировала моё признание

— Довольно, девчонка! – Смерть прервал свою позу для портрета и поднялся от ярости. Мысленно я открыла свой список дел до конца жизни – и поставила галочку напротив «вывести из себя вечное существо».

— Отец, оставь моих подруг.

Это был голос Моры – и он стал спасительным в, казалось бы, безвыходной ситуации. Я обрадовалась и улыбнулась, хотя глаза Смерти причудливо покраснели от ярости и ничего весёлого в этом не было. Аида поднялась и с грохотом уронила кресло, на котором сидела, а затем рванула рукой мою кофту и вытащила из кокона, ограничивавшего меня. Резкое и непрошенное движение было таким нужным и важным для меня, что я громко охнула и удивилась:

— Ты поборола магию ради нас?

— Ради тебя, – поспешно исправила меня она, а затем сорвала маску-фальшивку.

В ответ я успела лишь кивнуть вместо благодарности, смущённая той светлой силой, которую она копила и только сейчас проявила. Мне думалось, что это я должна была спасти себя от неё же самой – но Аида успела меня обезвредить.