Книга Гёрлхуд, страница 116 – Софа Вернер

Я, не удержавшись, засмеялась тоже. Мора сдержанно улыбнулась, но шумно, и поэтому это тоже было слышно. Ужа захихикала. А вот Аиду прорвало хорошенько – она зловеще захохотала.

— Ряба, ты можешь её загипнотизировать? – взмолилась я.

— Нет, – сквозь смех выдавила она, и шмыгнула носом – похоже, уже и плакала одновременно тоже. – У меня закончились силы. Я так больше не могу...

— Держи, держись! – попросила я искренне. – Ты справишься! Ну фиг с ним гипнозом! Девочки, вы прекрасны и без магии!

Она затрясла головой и белокурые локоны запрыгали вместе с ней.

— Пустите к замку, – попросила я, и тогда Аида очень тесно переползла через меня, чтобы поменяться местами. Я задержала дыхание от неожиданности, но она пропустила меня легко и быстро.

— Ужа, есть что-то острое? Типа ножа или циркуля?

Та замешкалась и выудила что-то из кармана, который служил бесконечным кладезем для художественной утвари. Мне в руки попал тонкий резак.

— Держите, пожалуйста! – мягко потребовала я и скользнула к замку, присев.

— Откуда ты умеешь взламывать замки? – удивилась Аида с насмешкой, но скорее одобрительно и восхищённо.

— Росла как трудный подросток, – я хмыкнула в ответ. Немного пришлось повозиться, но замок был старый, как и, собственно, тот, который я уже открывала в кабинете директрисы. Наверняка, если мы туда вернёмся, то найдём все дубликаты нужных ключей.

Наконец, внутренний механизм щёлкнул и дверь замкнулась – мы её придавили, как смогли. Я облегчённо вздохнула и упала задницей на холодный пол, совсем не заметив неудобств.

— Я вся пропахла мертвечиной, – сморщилась Аида, брезгливо разведя руки по сторонам. Затем она наклонилась и зачем-то понюхала меня, усмехнувшись. – А ты ничё, как обычно пахнешь сладенько, как шёлк.

— Ничем шёлк не пахнет, – поспорила я и попыталась отогнать её от себя, будто она меня могла бы надкусить тоже. – И вообще, это паучий стереотип. Я невкусная.

Я лениво взбрыкнулась, но силы почти покинули меня. Усталость оказалась ещё заразнее, чем укус мертвеца. Спустя пару мгновений мы все – впятером – лежали на ледяном каменном полу последнего этажа училища, а ниже нас, если верить человеческим преданиям, горел лишь ад. Или, как и другие россказни взрослых, он давно потух, залитый подземными ледниками.

Я смотрела в потолок, и пыталась вообразить звёзды. В потолке света не нашлось, конечно, но рядом подруги сами будто излучали свет.

— У меня попа замёрзла, – скромно призналась Ужа, и все мы, не удержавшись, в ответ расхохотались. Так наивно и невпопад прозвучала истина – у меня тоже задница грозилась отморозиться, – по-настоящему искренне и совершенно не подходящая под зловещую ситуацию, в которой воскресшая директриса всё ещё стенала за дверью. Насколько я доверяла себе? Смогла ли я вообще закрыть замок?

— Нам пора идти, – с сожалением произнесла я. Сомнения чуть кольнули; показалось, что безопасность высыпалась сквозь пальцев, как пепел.

Аида взмолилась:

— Ещё минуточку.

— Нам ко второй паре, – неожиданно поддержала Мора, чей голос будто чуть погас от усталости.

Я ответила:

— Я даже не знаю, сколько сейчас времени.

— Значит точно полежим ещё.

Расчувствовавшаяся Ряба тихо всхлипнула. Я повернула голову и увидела, как она сняла нашу общую ленту и утёрла ею щёки, размазав тушь и тональник слезами. Я протянула ей руку, а она мне. Вторую – Море, а Мора – Уже. Ужа – Аиде, и тогда всё опять замкнулось на мне. Все мы оказались жесточайше перепутаны между собой.