Книга Материнская плата, страница 14 – Софа Вернер

От её голоса я уже даже не вздрогнула. Единственное, что я изначально поменяла в ней – это как раз тональность. Не могу объяснить, но вкрадчивый негромкий голос с хрипотцой звучал куда приятнее, чем чёткий и неестественный.

— Спасибо, Нелли.

Хоть никто и не требовал от меня благодарности, я не стала жадничать. Нелли вслух сообщала о проделанной работе, если сделала что-то сверх требований – её программа распознавала проявление воли и вынуждала ставить хозяйку в известность. Это продуманная и хорошо интегрированная машина – реклама не врала. Нелли не вызывала ни злости, ни раздражения, потому что задумывалась и воплощалась, чтобы угождать пользователям. Я устало села на стул, поджав под себя ногу. Когда-то я сидела так целыми днями за работой, но теперь колено ощутимо щёлкало с каждым годом всё громче.

— Записать вас к ревматологу?

— Нелли, прекрати меня сканировать.

— Пожалуйста, подтвердите отмену функции сканирования здоровья.

Я отчего-то затормозила – не хотелось отрезать машинную заботу от себя насовсем. Одиноким женщинам рекомендовалось приобретать «U_LYUBOV», потому что там есть опция пересобрать машину как Любомира. Партия даже поощряла детализацию внешности таким образом, чтобы сформировать фальшивую отцовскую фигуру для ребёнка. Но я почему-то взяла Нелли – она же для ребёнка, не для меня. Кто станет покупать робот-пылесос и требовать от него кофе? Я не искала в машине заменителя людей, но как-то незаметно осталась совсем одна. И только Нелли теперь беспокоилась о моём состоянии. Только она.

Я опустила взгляд на передатчик и нажала на него молча – отключила у Нелли грядущий режим сна. Она тут же отреагировала; индикатор из зелёного превратился в синий и вернулся обратно в нейтрально-белый.

— Посидишь со мной немножко?

Вряд ли в неё встроили алгоритм на случай «я хочу немного выпить и жалеть об этом, но не хочу ощущать себя алкоголичкой, и поэтому мне нужна компания, сойдёшь и ты, господи, железяка с атомом внутри, ну а ещё меня уничтожит почти сразу же мигрень». Но вдруг она кивнула (словно могла отказать!), медленно моргнула и дежурно улыбнулась мне ровными желтовато-реалистичными зубами. По коже пробежали мурашки, когда она отключила свой индикатор, словно по-человечески мне подыгрывая.

— Что вам налить? – спросила услужливо барвуман-Нелли, открыв шкаф с посудой. Там, за фальш-стенкой, тайком от Крисы хранились новомодные альтернативные напитки; по сути, давно уже никакой не дистиллят.

— Пива с соджу, – сказала я с облегчением, попросив так, словно мы каждый день после работы встречаемся на кухне обсудить мудаков с работы. – А сыр есть?

— Хотите брускетту с плавленым сыром и мёдом, как из вашей юности?

— Да! – выпалила я, в который раз восхищаясь тем, как легко Нелли угадала мою потребность.

Я даже не следила, откуда в этом доме появлялся хлеб, тем более этот дорогущий и явно домашний, пористый и хрустящий. Нелли резала его просто и ловко – хрусь, хрусь, ножом и бац! – без масла на сковороду.

Играясь с настройками, я загружала в неё столько данных, сколько позволяла скачать пиковая скорость WI-FI в нашем жилом комплексе. Старые кулинарные шоу тоже, потому что они нравились мне самой и потому что теперь Нелли могла понять мои дурацкие шутки про еду. Многие оставляли свои машины-помощники статичными и механическими, искусственными и чужими, но я не могла себе представить, что было бы с Крисой, если бы я оставила Нелли холодной и пустой.