Книга Спорим, ты сдашься первой?, страница 42 – Анна Измайлова

— Пусть.

— Мне не нравится.

Он повернул голову.

— Что именно?

— Быть объектом обсуждения.

— Скажи, и Марина снимет пост.

— Уже поздно. Его видели все.

— Тогда дай им новую тему.

— Например?

Он улыбнулся.

— Скажи, что ты заставляешь меня подписать график уборки. Бытовуха разрушит всю романтику.

— Ничто так не укрепляет отношения, как распределение мусора по вторникам.

— Значит, у нас серьезно?

Я остановилась, он тоже.

В холле мимо нас прошли две девушки, одна шепнула другой: «Это она», и я почувствовала, как внутри все снова сжалось.

— У нас ничего не серьезно, — сказала я.

Артем посмотрел на меня внимательно.

— Тогда почему ты злишься?

— Потому что люди смотрят на меня как на приложение к тебе.

Его лицо изменилось.

— Ты не приложение.

— Я знаю.

— Нет, Вера. Не так. — Он сделал шаг ближе, но не касался. — Ты не мое приложение. Не украшение или картинка для пиара. Если кто-то так думает, он идиот.

— Удивительно, но это не сильно помогает.

— Тогда что поможет?

Я хотела сказать: «Чтобы все закончилось», но не смогла. Только правда была в том, что я не желала, чтобы все закончилось.

Мне хотелось понять, что творится между нами на самом деле.

— Не знаю, — сказала я честно.

Артем кивнул.

— Ладно.

— Что «ладно»?

— Разберемся.

— Мы?

— А кто еще?

Я посмотрела на него.

На его уставшее лицо, спортивную сумку на плече, перевязанное плечо под курткой.

* * *

В понедельник я решила вернуться к нормальной жизни. То есть: учеба, лаборатория, отчеты, кофе, игнорирование Артема. Последний пункт провалился сразу.

Во-первых, потому что мы жили вместе. Во-вторых, потому что он весь день присылал мне сообщения.

Артем:

Ты ела?

Я:

Ты теперь моя бабушка?

Артем:

Нет, бабушки обычно не целуются так хорошо.

Я уронила ручку в лаборатории, профессор Беляев посмотрел на меня поверх очков.

— Ланская?

— Все нормально.

Я:

У нас был договор не вспоминать это.

Артем:

Не было.

Я:

Теперь есть.

Артем:

Я против.

Я:

Твое мнение учтено и отклонено.

Артем:

Злая.

Я:

Голодная.

Через пятнадцать минут в лабораторию принес курьер пакет из кофейни. Американо, сэндвич и шоколадка с фундуком.

На стаканчике маркером было написано:

«Чтобы не кусалась. Хотя…»

Я смотрела на эту надпись слишком долго.

Саша Корнилов, аспирант, стоявший у соседнего стола, заметил пакет и улыбнулся:

— Поклонник?

Я быстро убрала стакан от греха подальше.

— Административная ошибка заселения.

— У щедрой ошибки хороший вкус.

— Не поддерживай его.

— А он знает, что я его поддерживаю?

— Надеюсь, нет.

Саша помог мне разобрать данные по эксперименту, объяснил новую схему статистической обработки и несколько раз очень корректно поправил меня, не заставляя чувствовать себя дурой. С ним было легко. Он не давил, не провоцировал, не заставлял меня думать о том, достаточно ли привлекательно я выгляжу.

Прекрасный человек.

К вечеру он предложил:

— Завтра после семинара можем посидеть в читальном зале, я покажу тебе шаблон для тезисов.

— Было бы здорово.

— И кофе, но без автоматного ужаса. В кофейню через дорогу можно зайти.

— Кофе — главный аргумент.

— Я запомню.

Он улыбнулся, я тоже и в этот момент почему-то вспомнила Артема.

В голове вспыхнуло: если он увидит, ему не понравится. И это было возмутительно. С какой стати мне вообще думать, что понравится или не понравится Артему? Он мне кто? Фальшивый парень? Сосед? Спортивное бедствие?