Книга Долгая дорога к тебе, страница 106 – Татьяна Рябинина

— Здравствуй, Куля, — сказала я, замедлив шаг.

Компания уставилась откровенно враждебно: вали, тетя, не отсвечивай. Да и что я могла сказать? Пошла дальше, чувствуя спиной пристальные взгляды. Дома рассказала Даньке, и та поморщилась.

— Мам, она нашла себе ту компанию, какую хотела. Со мной ей было скучно. Я для нее слишком правильная. Она давно тянулась к таким… центровым. Но как-то не получалось. Не вливалась. А тут с Петрихой снюхалась. Ну и ладно. Сначала обидно было. Если бы не Ринат, наверно, сильно переживала бы. А так…

Она подошла к окну, посмотрела на двор, сказала, не глядя на меня:

— Знаешь, мне в последнее время с ней тоже было… не в кайф. Но боялась остаться вообще одна. У нас все парочками-троечками, а если одна… как будто тебя на помойку выкинули. Только не говори все эти глупости, что лучше быть одной, чем с кем попало. Это не работает.

— Ну это не я говорю, это Омар Хайям сказал. И он был прав. И ты права. Не работает. В твоем возрасте. Может, найдешь кого-то еще. Может, нет. Не знаю.

Данька посмотрела удивленно: наверно, думала, что буду утешать и уверять, что все будет хорошо. Но я прекрасно помнила себя. И свою заклятую подруженьку Румию. У меня хотя бы Тим с Ванькой были. А если бы нет, то… наверно, тоже держалась бы за змею. Лишь бы не остаться в одиночестве. Подросток — существо стайное.

Тим позвонил сегодня в обед, когда я выскребала из контейнера жареную цветную капусту с курицей.

— Дашка, а не хочешь перепихнуться? — спросил словно между прочим.

Капуста попала не в то горло, и я долго не могла прокашляться.

— Так шокировал тебя своей безнравственностью? — хмыкнул Тим, когда я наконец вернулась в эфир. — Или от радости в зобу дыханье сперло?

— Осокин! — прохрипела я. — Ты совсем того?

— Я соскучился. У деток сегодня свиданка, а мы что, хуже?

— Быстрее-быстрее, пока детки не вернулись?

— Нет, я нарыл ключи от хаты. Временно. До конца августа. В качестве арендной платы поливать цветы и постирать потом постельное белье.

— Какая романтика! — фыркнула я. — Кто это тебя так облагодетельствовал?

— Подчиненный. Я ему дал за это пару отгулов к отпуску. Использовал служебное положение.

Оторвались на полную катушку — соскучились. Расставаться не хотелось, но и ночевать в чужой квартире тоже. Романтика такая мне совсем не нравилась. Это и в молодости такое себе, а уж в нашем возрасте и подавно: чужая кровать, чужие простыни, чужое всё. Лучше уж и правда в гостинице — там, по крайней мере, безлико. Когда снимаешь, это другое. Хоть и временно, но немножко свое.

— Полчасика еще, — попросил Тим, когда я потянулась за телефоном. — Просто полежим. Так хорошо с тобой.

Впрочем, просто полежать и помурчать расслабленно не получилось, потому что разговор сам собой сполз на самое острое и болезненное.

— Один плюс все-таки есть, — сказал он. — Что все это случилось сейчас, а не позже. Хоть немного дети до школы в себя придут. Им к экзаменам готовиться, а тут такое. Кстати, я буду другую квартиру смотреть. Поближе к школе. И двушку. А ту оставлю для нас.

— Тим, ты так без штанов останешься, две хаты снимать, — вздохнула я, уткнувшись носом в его плечо.

— Я и так без штанов. Даша, я хорошо зарабатываю, не волнуйся. К тому же это временно.

— И что, Румия так просто это проглотила? Что Ринат будет с тобой жить?