Онлайн книга «Бывшая кавказца. Верну в свой грешный мир»
|
Не только в том, что стал моим первым партнером. Первым мужчиной. Я папу смутно помнила… Рустам словно бы и этот вакуум занял. Мужчины в моей жизни глобально. Того, на кого опереться и положиться… Мы провели вместе год. Год дикой, невозможной, сжигающей дотла любви. Он только в первый раз был нежным… И мне только в первый раз было больно… А потом… Потом нам сорвало башку… Он брал меня везде, где хотел. В своей машине, на заднем сиденье, под звездами. В своей квартире, на кухне, на полу, на столе. В лесу, прислонив к сосне, когда мы сбежали от компании на шашлыки. В гостинице, снимая номер на час, потому что не могли дождаться, пока доедем до его дома… Я помню его руки. Мозолистые, сильные, нежные. Помню, как он проводил пальцами по моей шее, спускаясь ниже, заставляя меня выгибаться. Помню его губы — горячие, жадные, требовательные. Помню, как он кусал мои соски, не больно, а так, что искры из глаз. Помню его хриплый шепот: «Моя. Моя киска. Никому не отдам». Он был одержим моим телом. Мог смотреть часами, как я раздеваюсь. Мог ласкать меня до утра, доводя до исступления, до слез, до крика. Я была одержима им. Я пропадала ночами. Мама сходила с ума. — Где ты была?! — кричала она под утро, когда я на цыпочках кралась в свою комнату. — С кем ты? Опять с этим? С этим бандитом? — Он не бандит, мама. — А кто он? Кто?! Я знаю, кто такие Юсуповские! Весь город знает! Они торгуют смертью, они убивают, они... — Ты не знаешь его! — А ты знаешь?! — мама хваталась за сердце. Я видела, как ей плохо, но не могла остановиться. — Ты пропадаешь ночами, выглядишь как... как... Господи, дочка, до добра не доведет это все! Я не слушала. Я была глуха и слепа. Только он. Только его руки, его голос, его тело. Он наряжал меня по последней моде. Из Москвы шмотки заказывал мне. Для улицы покупал приличное, а для себя… Господи, уже тогда я знала, что такие бывают аксессуары для женского тела, что самой волнительно становилось… Что там мужчине… Я с ума сходила от того, как действую на этого опасного взрослого мужчину, который весь город держал в страхе… А я держу в руках его член и он стонет мое имя в губы… А я сжимаю его собой, когда он внутри, а он говорит, что любит… Вот она, истинная власть. Она туманила меня, заставляла позабыть все на свете… И конечно, я оставалась глухой ко всем причитаниям соседок на лавочке… — Позор на семью… — плевались они мне вслед, — что бы Виталий сказал, если бы жив был… Может потому и того… Говорят, человек уходит, когда больше выдержать не сможет… С бандюганом связалась… А у самой отец погиб от рук такого же отморозка… Отец умер, когда я училась в седьмом классе. Погиб при исполнении. Он был милиционером, ловил бандитов, и его поймали пули. Мама растила меня одна, тянула из последних сил, работала на двух работах, чтобы я ни в чем не нуждалась. Я была ее смыслом. Ее светом. А я выходила ночью в окно, чтобы бежать к нему. Глава 7 В тот день Рустам надел мне на палец кольцо. Простое, золотое, с маленьким камушком. Не помню, каким. Я смотрела только на его глаза. — Выходи за меня, киска, — сказал он. — Без дураков. Выходи… Хули тянуть? Ты моя, а я твой… Я кивнула. Сквозь слезы. Я любила его… Он был моим всем… Домой летела на крыльях. Кольцо светилось на пальце, обещая вечность. |