Книга Выбесить босса. Влюбить и не влюбиться, страница 32 – Тата Кит

Но стоило переступить порог квартиры, как стало ясно, что дома что-то не так.

Киня, моя кошка, которая ещё утром была белоснежная, встретила меня с синими пятнами на шерсти.

Я сразу понял, что чернила, которые бабушка дарила вместе с пером якобы для подписания серьёзных контрактов, сегодня пригодились кошке. Кошке, которая осталась наедине с Кондратьевой. Даже думать не хочу, как так получилось, что кошка вляпалась в чернила, которые надежно закрытыми стояли на моей прикроватной тумбочке уже шесть лет.

— Что ещё она натворила? – спросил я у кошки, которая сидела на расстоянии и смотрела на меня крайне осуждающе.

Не сказать, что она когда-то хоть раз смотрела на меня по-доброму, но сегодня осуждение в её кошачьем взгляде, кажется, достигло своего пика.

Сняв обувь и пальто, я, предчувствуя что-то неладное, пошёл вглубь квартиры. Прихожая, кухня, гостиная – выглядели как обычно. Не считая следов кошачьи лап на полу и коврах.

Стало ясно, что апокалипсис коснулся только одного помещения моей квартиры – моей спальни.

Какого…?!

Почему именно спальня?!

Понимая, что это неизбежно, я вошёл в комнату. Впервые в жизни мне захотелось лечь на пол, заплакать и нажаловаться бабушке.

Шкаф и комод раскрыты нараспашку, покрывало на постели скомкано, шторе пришёл конец от каких-то странных затяжек, а по полу разлито темно-синее пятно, из которого выходят кошачьи следы. И всё, что было на тумбочке теперь валяется на полу.

Из увиденного я могу предположить только одно: Кондратьева подралась с моей кошкой, которая любит отсиживаться в спальне. Иного объяснения у меня нет. Ибо у меня крайне склочная кошка, которую я нашёл за гаражами, и Кондратьева, которая ещё хуже.

Пробуждение в четыре часа утра второй день подряд уже похоже на воскрешение. Даже учитывая тот факт, что я уснула раньше полуночи (что со мной бывает редко), просыпаться в четыре утра, когда за окнами ещё ночь и все спят, очень тяжело.

По квартире я передвигалась с прикрытыми глазами, надеясь таким образом доспать хоть немного. Папа спал в синей коме, мама всё ещё жила у подруги, поэтому никто не спрашивал о том, куда мне в такую рань надо и где я потом весь день пропадаю.

Хотела поесть перед тем, как ехать к Афанасьеву, но, открыв холодильник, поняла, что весь запас продуктов папа благополучно спустил на закуски и на безуспешные попытки что-нибудь приготовить. О том, что кухня после его визита была похожа на свинарник, лучше умолчать. Но у всего этого есть и положительная сторона – если папа начал готовить что-то, пусть даже для себя и в качестве закуски, то близится его скорый выход из очередного запоя. Буквально день-два и папа придёт в себя. На месяц – точно. Повезет, если на два.

Стало ясно, что завтракать мне сегодня суждено в квартире Афанасьева, и то придётся чем-то перебиваться, пока буду готовить завтрак для него. Плохо, что у этого душнилы мало продуктов в холодильнике. Оксана вчера сказала, что он никогда не покупает их с запасом, чтобы не испортились. Мол, дома он питается не каждый день, поэтому не видит смысла держать в доме большой запас продуктов.

Капец…

Он настолько душный, что даже не кусочничает, когда приспичит. Я уж молчу о ночном дожоре. Наверняка, он даже не знает, какой вкусной бывает вареная колбаса, если её нарезать кружочками ночью в свете холодильника. Раньше мы с папой часто так ели, прячась от мамы, которая ругала нас за то, что мы хомячим ночью и без неё.