Книга До звезды на ёлку, страница 50 – Тата Кит

Это плохо. Очень плохо. Я же не успела в него влюбиться?

— Есть у меня пару вариантов, — протянул он загадочно и перевел вес с руки на руку, казалось, ближе подбираясь ко мне.

— Пустые телодвижения. Алина же ничего не увидит.

— Точно, — нарочито расстроенно вздохнул Матвей. Его взгляд на мгновение упал на мои губы и вновь вернулся к губам. — А я смотрю, ты добавки хочешь? Понравилось?

— Как в седьмом классе.

— Это как?

— Я была божественно хороша, а он был… помидор из бабушкиной теплицы. Куцый, слюнявый…

Матвей сначала не понял, свел над переносицей брови, а потом как понял.

Тихо засмеялся, уткнувшись лбом в постель у моей головы.

Я хотела оставаться серьёзной, но не удержалась и тоже начала смеяться над собой, старательно игнорируя, как Матвея, дышал в сгиб моей шеи и, кажется, касался губами плеча.

Короче, харасил меня по полной.

— Всё, слезь с меня. Ты тяжелый.

Я столкнула его с себя. Вернее, он позволил мне это сделать. Откатился в сторону и, потянувшись, подмял под себя подушку.

— Я спать. Ты со мной?

— Ещё чего? — фыркнула я и встала с постели. — Я теперь в твоем присутствии вообще глаза закрывать не буду. Мало ли, куда ещё ты свой язык пристроишь.

Конец рабочего дня.

Осталось перетереть с Камазом насчёт подозрительной активности людей Сухого, и можно валить домой.

Подошёл к кабинету, занёс руку для стука, но полковник сам открыл дверь. Судя по внешнему виду, уже собрался домой.

Прижимая телефон к уху, жестом показал мне пока попридержать рот закрытым.

— Девчонки, говоришь, у Тёмки с Ольгой? — уж больно игривым тоном протянул он, уходя по коридору. Я пошагал за ним, пока держась чуть позади. — Готовь розетку, Маруся. Через двадцать минут приеду, привезу прибор, будем подключать… — он тихо рассмеялся. Вообще, редко вижу Камаза таким добрым и улыбчивым. Он даже шутит с серьёзной рожей. Улыбки он, походу, оставляет только жене и детям. — … и я тебя… Куплю, родная, — он закончил разговор и, убирая телефон во внутренний нагрудный карман, коротко и сухо поинтересовался. — Что у тебя? — он чуть замедлили шаг, чтобы мы поравнялись.

— У людей Сухого странная движуха началась.

— Что в ней странного?

— Часть из них исчезла, другая — активизировалась. Сняли сегодня две квартиры на месяц.

— Может, новую жизнь решили начать? Предводитель-то их пожизненно в тюрьме гнить будет, если всё удачно сложится, — хмыкнул Камаз. Мы вышли из отдела и, осмотревшись по сторонам, полковник подошёл ко мне чуть ближе и тихо спросил. — Круг подозреваемых насколько сузился?

Вопрос бы про возможных «кротов» в отделе.

— До двух человек, — столь же сдержанно ответил я.

— Возьмёшь нужного за жопу, я тебе лично звёздочки выбью.

— Мне нужны люди, в случае если…

— Бери, кого посчитаешь нужным. Эта операция полностью твоя. Но всё делай тихо. Обосрёшься — вина тоже будет полностью твоя.

— Есть, — кивнул коротко.

— Как там наша драгоценная? — на парковке мы остановились у наших машин. Они стояли рядом.

Вопрос был о Плюше.

— Мотает мне нервы, но, в целом, спокойно. Кошмары только малышке снятся.

— Малышке? — Камаз мгновенно зацепился за это слово. — Ты, Рамзин, своё оружие массового поражения в штанах держи, чтобы малышка смогла из квартиры твоей выйти.

— В смысле?