Книга Эндшпиль, страница 34 – Камила Соколова

Но чтобы провернуть все, что я задумала, мне нужно вытащить из него информацию. Много полезной информации, которую я буду использовать, чтобы привязать его к себе, пока он страдает в качестве моего парня. И здесь фрёкен Линнея сыграет свою важную роль.

Итак, подвела я мысленный итог, у меня есть четыре ключевые составляющие успеха. Первая: удача на моей стороне, раз случилось что-то, что заставило Роберта согласиться на мое условие, и скоро я выясню, что это. Вторая: он будет проводить со мной много времени, и это даст мне возможность применить все, что я знаю и умею, чтобы влюбить его в себя. Третья: я научилась приемам соблазнения. И четвертая: у меня есть ресурс для получения информации.

Сделав такие выводы, я довольно потерла руки и хищно улыбнулась:

— Попался, дружок.

Сунув деньги в вендинговый автомат, перед которым стояла все это время, я достала выкатившуюся бутылку, которая оказалась прохладной, и приложила ее к горячей щеке. От наполеоновских планов по мне волнами прокатывалось странное возбуждение, а мысль, что двухметровый Роберт Морóз будет держать свои руки при себе, не распуская их, только добавляла перца. Да, именно эта мысль, а не предвкушение двух с половиной недель, в течение которых мне предстоит смотреть в его бесконечно синие глаза.

Телефон завибрировал, я открыла входящее сообщение.

Роберт:

Я приехал. Выходи, как освободишься.

Надо же, и ни мартышек, ни чокнутых. Очень вежливо. Похоже, что он в отчаянии.

Роберт стоял, прислонившись к машине, и жмурился на весеннем солнце – в одной майке, ни свитера, ни куртки… Я быстро открыла приложение и проверила погоду, не сошла ли с ума. Нет. На улице плюс десять. Да, с солнцем, конечно, но оно так быстро спрячется за тучи, что не успеешь и оглянуться.

Я запахнула свою куртку и поборола желание накинуть капюшон. Мне совсем не было жарко, да мне даже тепло не было. Я все время мерзла и терпеть не могла погоду ниже плюс двадцати, а этот Роберт стоит, засунув руки в карманы, и делает вид, что ему все нипочем. Придурок. Я снова почувствовала приступ гнева, который автоматически вспыхивал во мне, как только я видела его. Может, у меня врожденный рефлекс – вижу Роберта и мгновенно начинаю его ненавидеть?

— Привет, – сказал он слишком жизнерадостно, когда я подошла ближе. После того как он окинул взглядом мою куртку, в его глазах заплясали искорки.

— Где будем говорить? – хмуро буркнула я себе под нос. Мне не хотелось поддаваться на мальчишескую улыбку, которую он нацепил. Решил обаять меня? К черту. Не выйдет.

Он пожал плечами:

— Хочешь, можем сесть где-нибудь здесь, – он указал на скамейки на лужайке.

Я качнула головой.

— Только не здесь. Поехали в центр, там полно кафе.

— Ладно.

Вот так просто. Ни споров, ни шуток, ни саркастических замечаний. Явно что-то не так. Надо быть настороже. Вполне может быть, что он приготовил ловушку.

Роберт оторвался от машины и открыл пассажирскую дверь, жестом приглашая меня сесть. Погодите. Так сразу? Я еще не готова.

Я недоверчиво уставилась на мистера Февраль, и, наверное, все было написано у меня на лице, потому что он расхохотался.

— Видела бы ты себя сейчас. А собралась еще мучить меня ухаживанием и открыванием перед тобой дверей.

А-а-а. Придурок.

Стоило мне пробормотать что-то нечленораздельное, не позволяющее понять, какое чувство хотела выразить, как мы услышали: