Книга Магазинчик бесценных вещей, страница 125 – Лоренца Джентиле

Я не могла не взять с собой рюкзак с бутербродами, бутылкой воды, складным ножиком и бумажными платочками, но оставила дома изотермическое одеяло, сублимированную еду, походную плитку, фонарик на солнечных батарейках, компас и весь остальной арсенал, который еще несколько недель назад не раздумывая засунула бы в рюкзак.

Не скрою, отсутствие этих вещей вызывает у меня некоторое беспокойство. Вдруг мы не сможем вернуться, вдруг начнется ядерная война, вдруг меня похитят… Но я стараюсь мыслить рационально и говорю себе, что единственная катастрофа, которая действительно может произойти, – это если мы не выиграем аукцион. Плитка, компас и изотермическое одеяло вряд ли смогут что-то с этим сделать.

Анджелина тоже оделась сегодня элегантнее обычного: на ней легкая синяя блузка и бежевые брюки со стрелками, а еще кроссовки с мелкими блестками и позолоченными шнурками.

Мы почти добрались до окружной. Эудженио показывает рукой на остановку и сообщает, что «маршрутка» прибудет через семь минут. На телефоне у него приложение, через которое он отслеживает перемещение транспорта в реальном времени.

Сегодня Анджелина впервые видит его в форме водителя автобуса.

— Тебе идет, – признает она, заботливо поправляя ему галстук. – Вылитый англичанин.

Краснея, Эудженио гордо выпрямляет спину.

— Слава богу, хоть с отцом твоим не пересеклись, – добавляет она.

Район остался у нас за спиной. Анджелине удалось уговорить мужа раз в жизни отработать смену в «Ничто».

— Это вопрос жизни и смерти, говорю. Либо соглашайся – либо уходи.

— Представь, что с ним было бы, если бы он ушел, – отвечаю я. – Без тебя он протянет неделю максимум.

— Не преувеличивай, – говорит она смеясь. – Может, месяц…

Эудженио отходит от нас на несколько шагов, чтобы проверить расписание автобусов у остановки.

— Анджелина, – шепотом говорю я, – понимаю, это не мое дело, но я знаю, как важно для Эудженио, чтобы вы приняли его увлечение. Может, если ты поговоришь с его отцом…

Она вздыхает, как бы давая мне понять, что это долгий разговор, одна из тех ситуаций, которые практически невозможно понять снаружи. Я не хочу настаивать, ее ситуация один в один как у меня. Иногда нужно просто решиться и сказать, что ты не снаружи.

Движение на дороге оживленное, мы с Анджелиной едва друг друга слышим. Лето пришло без предупреждения.

В рубашке Аделаиды я чувствую себя как в клетке. Когда-то меня бы это тревожило: в случае нападения я бы не смогла себя защитить, – но сейчас я стараюсь сосредоточиться только на том, что происходит в реальности. «Я снова выбралась за пределы района», – говорю я себе, пока мы молча ждем наш автобус. В этот раз я решилась на это ради того, чтобы приехать в центр и поставить на карту все самое дорогое, что у меня есть. Я знаю, что рискую испытать разочарование, потерять веру в этот мир и начать смотреть на него как на место пустое, унылое и слишком для меня тесное. Но если для осуществления мечты нужно обязательно принять вероятность поражения, разве у меня есть выбор?

Из-за пробок поездка на автобусе превращается в пытку, в полосу препятствий со звуковым сопровождением в виде гудков и скрипа тормозов. В окне, как в замедленной съемке, проплывает город. Распродажи, магазины электроники, лавки деликатесов, прачечные самообслуживания, рестораны национальной кухни, магазины спортивных товаров, булочные, – а чем ближе к центру, тем больше стеклянных отелей, роскошных бутиков и домов с великолепными садами.