Книга Последний вздох, страница 32 – Эмма Пиньятьелло

— Но правда всегда выходит наружу, – произнесла тогда Нелла.

Что бы она сказала теперь?

— Формального согласия я еще не дал, – признался он, внимательно наблюдая за ней.

— Чего ты ждешь?

— Суда. – Он с усилием сглотнул. – Хочу убедиться, что у вас все будет в порядке.

Полуправда оказалась на вкус хуже откровенной лжи. Обещание Виттории воспринималось как предательство по отношению к Нелле.

— До суда можно и на такси доехать, – сказала она. – Не хочу, чтобы ты задерживался из-за нас.

— Нелла…

Она скрестила руки на груди.

— Ты должен был сказать мне.

— Должен был. Прости.

— Не знала, что ты здесь так несчастен.

— Дело не в этом, просто… – Как он мог объяснить ей это? Как объяснить, что если он не уберется отсюда сейчас, то пол чердака провалится, и весь копившийся там годами хлам рухнет и разлетится во все стороны, а он сам сгорит в огне? Ему нужно сниматься с места и двигаться дальше. Так он выживал.

Молчание нарушил донесшийся снаружи крик Тома.

— Какого черта вам нужно?

Они выбежали на площадку перед винодельней. Том стоял в позе вышибалы, широко расставив ноги и скрестив руки на груди. Рядом с ним переминался с ноги на ногу Лука, выпуская дым сигареты в лица двум полицейским, которые всего несколько часов назад ушли отсюда, оставив мусор и опустошив шкафы.

— Вы вторгаетесь на частную территорию. Убирайтесь, – заявил Том, не двигаясь с места. – Вы не имеете права конфисковывать что-либо еще. Я прямо сейчас звоню своему адвокату… – Он выхватил из заднего кармана телефон и приложил его к уху.

— Не трудитесь. – В голосе Эйвери не было и намека на то самодовольство, с которым он раньше послал Тома куда подальше, и что-то холодное и острое словно впилось Джетту в живот. У полицейской, Габби, под глазами виднелись темные круги. – И мы здесь не из-за вина. Мы здесь из-за вашей сестры.

Все повернулись и посмотрели на Неллу.

— В вашем офисе обнаружено тело Кларксона Лью. Мисс Барбарани, вам нужно проехать с нами в участок.

— Только дураки выступают в качестве собственных защитников, – заявил Эйвери, наливая черный горелый кофе в пластиковый стаканчик.

— Откуда такую мудрость позаимствовали? Из “C.S.I.: Место преступления» или из «Хорошей жены»?

— Решайте сами, Барби-рани.

— Дешевый выпад.

— Я не настолько глуп, чтобы играть с вами в словесный скрэббл. – Эйвери прищурился, и от уголков его глаз разбежались лучики. – Я всего лишь смертный.

От его попыток «наладить контакт с подозреваемой» у нее мурашки побежали по коже.

— Что вам нужно узнать, Эйвери? Хотите, я предоставлю вам отчет о своих перемещениях с момента отъезда из Перта? Сдам образец ДНК? Или, может, устроим обыск с раздеванием, на случай если я прячу орудие убийства у себя в…

— В этом нет необходимости. К тому же это совершенно незаконно.

— Так приятно слушать, как вы, парни, притворяетесь, что знакомы с законом.

Она тянула время. Он понимал, что она тянет время. Неужели Ноа Эйвери и вправду мог подумать, что она убила Кларксона Лью? Ведь это он был с ней, когда ее начало трясти после гала-шоу. Он держал ее, а она рыдала у него на груди, бормотала что-то бессвязное, умоляла привести Джетта, звала сестру, а потом, в момент самого сильного помутнения рассудка, даже мать. Она знала, что он просто выполнял свою работу, но не забыла и того, как, успокоив ее и усадив, он отвернулся, пряча блеснувшие влагой глаза.