Книга Хегг. (не) Злодей для шестой сестры, страница 55 – Лолита Моро

Болл поглядел поверх бумаг, как я сижу неподвижно, бросив руки на скатерть. Удивился:

— Ты не голоден?

Я наконец ткнул вилкой в салат. Как-то не так представлял себе этот обед. Никакого веселья. Сидят спокойно, помалкивают. Словно все в порядке вещей.

— Мы, знаешь ли, свыклись с твоей рабыней, пока ты валялся в беспамятстве. Она даже как-то приглянулась нам. С какой заботой за тобой ухаживала! Всех впечатлила. Это она заставила нас с Боллом принять чёрную волшбу Абдула. Не уверен, что это тебе помогло, но суеты хватило всем. Да, малютка? Молчит. Ты запретил ей говорить? — с довольной усмешкой откинулся на спинку кресла Фосс. Угадал.

Я пожал плечами: вот еще новости! Собственность моя им приглянулась! Как же. Тотализатор домашний у них шкалит, поди.

На ночную мою работу ставки были? Сто против одного, что никто не рискнул даже одним глазом подглядеть.

Есть расхотелось. А где каша?

— Где моя каша? — капризно оттолкнул тарелку с салатом от себя.

— Сегодня же морепродукты. Вам всегда нравилось, — зачастил Пьер, — есть вчерашняя. Флинт отказался её кушать.

— Тащи, — я глупо упёрся. Слева от себя так и не посмотрел.

— Что за пятна твоих щеках, малышка? Этот расписной хозяин плохо обращается с тобой? Может быть, выкупим её, Болл? — развлекался насмешник Фосс. Настроение в противоположность мне имел сказочное.

— Никогда! Женщинам нет места в нашем хозяйстве, — не отрываясь от бумаг, твёрдо высказался его дружок. Подглядывал мою реакцию исподтишка.

Я ел подогретую кашу. Слева от меня звенели тихонько вилка и нож.

— Слушай, милый. Ты бы нашёл в своей беспросветной половой жизни хоть маленькое окошко. Своди девочку в магазин. Купи ей хотя бы ленточку в косу. Сердце разрывается глядеть на неё. Бьешь, не кормишь. Босая, в лохмотьях. Ладно, что хоть моешь собственноручно. Или денег жалеешь? За вчерашние сутки ты заработал без малого триста золотых. Людям на годы таких денег хватает.

Вдруг Болл оторвался от бумаги, перебил:

— Твоё имя? — он спрашивал у моей собственности. Та молчала. — Разреши ей говорить, красивый мой, умоляю.

Я доел кашу. Кажется, подобрел. Кивнул.

— Лилианна Матильда Леопольда фон Мекк.

О— па! Хёгг, твои шутки! Если память мне не изменяет, то Елизавета фон Мекк, пятая герцогиня— Наместница, мечтала сделать меня своим собственным принцем совсем недавно. Совпадение? Суровая правда жизни? сколько их, этих фон Мекков, в матушке Империи?

Я повернул голову и посмотрел.

Румянец появился на щеках. Нежных. Молочно— белых. Вечернее солнце подсвечивало сзади золотом распушившуюся кудрявую косу. Глаза прикрыты веками. Не смотрит на меня, строит из себя паиньку. Тень от ресниц на щеках. Искусанные розовые губы. Нижняя определенно стоит того, чтобы её попробовать. Ноги сами побежали вширь.

Я напился ледяной воды. Встал и ушел к окну. Спину мою сверлили любопытные взгляды.

А что? Не зря же продуман толстяк вопрос задал, наверняка имеет сведения откуда высокий имперский ветер к нам надуло. Если дело сходится, то можно вернуть семье это несчастье. Не бесплатно, понятное дело. Всеблагая откровенно выбрасывает хороший шанс избавиться. Не— ет! Я оперся коленом о низкий мраморный подоконник. Ухмыльнулся. Точно нет.

— Он не расстанется с игрушкой, — озвучил вывод тихий голос Фосса.