Книга Хегг. (не) Злодей для шестой сестры, страница 32 – Лолита Моро

— Вот, значитца, тут у нас кто! — прошипел злющий голос за моей спиной, — сволочь Ансельм, ведьму-недавалку подсунул! Ну ничо! Жизнь длинная, земля круглая, доведется и нам на узкой дорожке свидеться! В мешок ее быстро, пока никто не заметил, иначе на лоскуты девчонку настрогают мужики, а я за нее четвертак отдал!

Грубые руки затолкали меня в вонючий мешок, нимало не заботясь, как я там помещусь. Подбородок уткнулся в коленки. Руками я обхватила голову. В прореху в мешковине я видела жилистого хозяина заведения. Он с равнодушным видом командовал своими людьми. Кому раненых растаскивать, кому полы мыть.

— Эй, матрос! С крайнего пирса уходит табиндона в Халифат. Отдай мешок второму помощнику и скажи, что там баба от меня в счет долга. Пусть продаст, но сам не пользует. Я предупредил честно. Если же полезет, то пусть пеняет на себя. Я с ним в расчете!

Невзирая на грязь, синяки, боль и ужасы морских девиаций и совершенно неопределенное будущее я улыбалась про себя. Я — ведьма-недавалка! Никогда не слышала о таком. Хотя, между прочим, всерьез готовилась поступать в Высокий университет и прошерстила многие фолианты и инкунабулы на ведьминскую тему. Не говоря уже о современных работах по обнаружению и раскрытию магического дара. Особенно врожденного. Ведь я искала в себе неординарные способности чуть ли не всю сознательную жизнь. Какие только таланты развить в себе не мечтала. И на тебе: ведьма-недавалка.

Лейтенант Хегг

Я стал зрячим. Наконец-то. Десять монет звенели в моих карманах. Все как я хотел. Напоследок Хозяйка выполнила все имеющиеся у меня желания. Не сомневаюсь, желал бы я оказаться по ту сторону границы, шагал бы сейчас обмороженным трактом между фортами. Или зеленой аллеей к замку наместницы. Или, куда бы захотел. Только я не хотел. Сам виноват. Плевать.

Раннее утро выкрасило в розовое камни артистического подъезда. Я потянул тяжелую дверь на себя.

— Где ты пропадал? — набросился на меня со своим слюнявым языком Флинт.

— Где тебя носило? — улыбаясь от уха до уха, проговорил Болл.

— Не может быть! Мы думали, ты умер!

Наставник моих артистических талантов тоже не скрывал радости при виде меня. Прямо как домой вернулся. Вроде курятника матушки Бо. Все мне рады.

— Жрать хочу, — заявил я своеобычно.

Время завтрака пришло.

Получил по списку и вне очереди. Яичницу из шести яиц на скворчащей сковородке. Миску фарфоровую с голубенькими цветами, полную молочной сладкой каши. Нарезанный тонкой пластью копченый свиной окорок, обложенный свежими овощами и душистой зеленью по кругу. Жгучий соус в глиняной бутылочке и белые пресные лепешки. Бутылку ледяного белого игристого вина. Сладкий пирог с фруктами и воздушным кремом. Желудок мой возрадовался. Я ел.

— Я вижу, ты прозрел, — наблюдательный Болл сел за стол напротив. Подпер лицо рукой и улыбался, пока я уничтожал прекраснейший из завтраков.

Рот мой был занят. Я кивнул и поднял руку в приглашающем жесте. Не прерывая поедание сладкого пирога, вытащил из кармана деньги, неторопливо выложил на скатерть все десять монет. Одну за одной. В ряд.

— Понятно, — тихо произнёс Фосс. Флинт под столом заскулил.

— Не плачьте, девочки, — я откинулся сыто на спинку кресла, — условия меняются, только и всего. Я никуда не ухожу. Некуда пока. Полнолуние закончилось и до следующего — я с вами. Обсудим условия?