Книга Кофейня «Маленький дракон», страница 72 – Амна Тахир Куреши

— Да, – ответила она. На рисунке была изображена витрина с надписью «Кафе “Маленький дракон”» большими печатными буквами. Ее нынешнее кафе выглядело совсем иначе, но сама идея и название остались. – Еще подростком, – пояснила Сафира. – Спустя несколько месяцев после того, как я начала работать в своем первом кафе, и тогда меня впервые посетила мысль открыть собственное заведение.

Эйден в восторге повернулся в ней.

— Сафира, ты осуществила свою мечту! Я так горжусь тобой и надеюсь, что ты тоже.

У Сафиры запылало лицо.

— Наверное, я так поглощена происходящим, что не имела возможности собой гордиться.

— Тогда воспользуйся моментом прямо сейчас и проникнись гордостью за все, чего ты добилась. Даже если кафе не преуспеет еще больше, если оно прогорит, ты все равно очень многого достигла. У тебя получилось.

Она не думала об этом в таком ключе. Сафира так упорно старалась поддерживать кафе на плаву, добиться успеха, что даже не задумывалась, сколь многого достигла. Глядя теперь на рисунок, которому уже десять лет, она поняла, что Эйден прав.

— Да, у меня получилось!

Она смогла. Осуществила свою мечту.

Даже если большего добиться не удастся, она воплотила сюжет своего рисунка в реальность. Порой Сафира утопала в водовороте дел и забывала перевести дух, и она была признательна Эйдену за то, что напомнил ей об этом. Ей это было необходимо.

— Жаль, Нани-Ма этого не видит, – сказала Сафира, и ее глаза снова заблестели от слез. – Не видит все это.

Она посмотрела на Эйдена, затем на Искорку. Нани-Ма они бы понравились, особенно Эйден. Сафира так ясно представила их встречу, что этот образ отозвался пронзительной болью в груди, ведь это никогда не случится.

— Соболезную твоей утрате, – сказал Эйден.

— Спасибо, – ответила она и снова присела. Он присоединился к ней, и Сафира глубоко вздохнула. – Прошло уже больше года, а боль не стихает. – Она помолчала, глядя на него. – Уверена, ты это понимаешь.

Эйден кивнул.

— Мы с Дэнни были близки, но виделись не каждый день. Порой он пропадал на работе на целую неделю, поэтому поначалу мне удавалось обманывать себя, будто я скоро увижу его снова, будто на самом деле он ушел не навсегда.

— Первое время я тоже так делала, – сказала Сафира, положив подушку себе на колени. – Забывала, что бабушки не стало, и порой думала, когда что-то случалось: «О, Нани-Ма будет рада об этом услышать, нужно позвонить ей», а потом вспоминала, что ее больше нет и я не могу ей позвонить. И тогда чувство потери обрушивалось на меня с новой силой.

— Потом ты постепенно начинаешь жить, несмотря на горе, и привыкаешь к нему, – тихо признался Эйден, а затем вздохнул. – Не знаю, что хуже: скорбь или привыкание.

— Поначалу было больно даже думать о ней, тем более говорить, поэтому я старалась этого не делать, а потом чувствовала себя виноватой, будто забывала ее, – сказала Сафира, теребя край подушки. – Но теперь самая страшная боль позади, и я люблю вспоминать о бабушке.

— У меня то же самое, – поделился он. – Теперь, когда скорбь поутихла, я всегда думаю о Дэнни, когда случается что-то, над чем он посмеялся бы, или слышу его остроумный ответ в голове.

— Я тоже слышу голос Нани-Ма! – с улыбкой сказала Сафира. – В кафе я ощущаю особенную связь с ней, потому что именно благодаря бабушке я смогла осуществить эту мечту. Нани-Ма взяла с меня обещание, что я создам его – потому я и хотела, чтобы оно стало успешным и я смогла сохранить связь с ней. В каком-то смысле кажется, будто я превращаю скорбь в любовь и могу сберечь ее наследие через это кафе.