Книга Кофейня «Маленький дракон», страница 37 – Амна Тахир Куреши

Они продолжили прогулку, и Эйден указал на следующую зону с розами, на сей раз розовыми.

— А это дикие розы, у которых обычно по пять лепестков, и они всегда розовые! Встретить красную или белую дикую розу – большая редкость.

Эйден замолчал, вдруг смутившись. Он ведет себя неуклюже? Наверняка уже утомил ее своей бесконечной лекцией по ботанике. Он остановился, чувствуя себя неловко.

Эйден мысленно упрекнул себя. Он знал, что девушки любят цветы, но это вовсе не значит, что им нравятся все случайные факты о них. Семья всегда дразнила его за эту одержимость.

— Девушки хотят цветов, а не урок истории! – подтрунивала Эммелин.

Но это так удивительно!

— Прости. – Эйден потер затылок. – Не хотел тебя утомить.

— Нет! – Сафира округлила карие глаза. – Не утомил. По-моему, это здорово!

Эйден был не склонен падать без чувств, но в этот момент чуть не лишился сознания. Посмотрел на куст роз и сразу приметил идеальную – безупречно распустившуюся, с пышными и яркими лепестками.

Он сорвал ее, стараясь не задеть шипы, и протянул Сафире.

— Спасибо. – Она взяла цветок и поднесла его к носу.

Розарий дарил пьянящее чувство, ведь теперь этот запах всегда будет ассоциироваться с ней.

Эйден смотрел, как она вдохнула аромат, как ее грудь поднялась с глубоким вдохом, а потом опустилась на выдохе. Его охватил жар.

«Завязывай со странностями», – напомнил он себе, отводя взгляд.

— Какие у тебя любимые цветы? – спросил Эйден. – Розы?

Сафира улыбнулась.

— О, это просто! И нет, не розы. Признаться, не знаю, как они называются на английском, но мы с Нани-Ма любим бобовник.

Эйден никогда о них не слышал.

— Как они выглядят?

— Обычно цветут в начале июня, и у них очень красивые желтые соцветия, которые свисают с тонких ветвей.

— О! Так это дерево «золотой дождь».

Глаза Сафиры загорелись от волнения.

— Так оно называется? – Эйден кивнул, и она продолжила: – Логично… Люблю их. В Старшайн-Вэлли их мало, но возле нашего старого дома на холмах росли несколько деревьев.

Ее улыбка стала шире от воспоминания, и на щеках появились ямочки. Эйден подавил желание дотронуться до них.

— А у тебя какие любимые? – спросила Сафира, помахав перед ним розой. – Розы?

Когда Сафира держала ее в руках, розы могли с невероятной легкостью оказаться его любимым цветком.

Признаться, для него это был трудный вопрос, ведь каждый цветок по-своему красив, по-своему важен.

— Ох, это все равно что спросить у родителя, кого из детей он любит больше, – ответил Эйден.

Сафира рассмеялась.

— У родителей точно есть любимчики. Мне повезло быть единственным ребенком в семье, но уверена, что у твоих родителей есть любимчик.

— Это точно, – ответил Эйден. – Джинни – она всеобщая любимая принцесса. Так к ней и относятся.

— Как и полагается, – согласилась Сафира.

— Как и полагается, – поддержал Эйден.

Они продолжили прогулку в другой части парка. Было приятно оказаться здесь вместе с ней, приятно настолько, что Эйден даже забыл, что должен держаться подальше и от нее, и от Искорки.

Хотя он невольно испытал гордость, когда увидел, как хорошо себя ведет драконенок. Он ценил, сколько стараний Сафира приложила, чтобы его питомец стал таким.

Но все же им не стоило здесь быть. Эйден не хотел с ними сближаться. Чем дальше он будет держаться, тем в большей безопасности будут и Искорка, и Сафира. Ей будет больно узнать, что его семья участвовала в драконьих гонках, в которых погибла ее мать, и он хотел защитить ее от этой правды.