Книга Единственная. Попаданка к оборотням севера, страница 7 – Карен Смит

— Вставай, убогий, — раздался резкий голос, и чей-то тяжелый сапог пнул меня по колену.

Я поднялась на ноги.

— Как ты забрался так далеко от огненных земель? — спрашивает король, жестом руки прекращая остатки смеха и тихие шепотки.

— Я не обладаю огненной магией, — оправдываюсь я, вспоминая прошлый разговор, — Я вообще не обладаю никакой магией.

— Врё-ёшь, — упрямо протягивает вожак.

— Парни, — король вдруг ухмыляется, потирает ладонью резко очерченный подбородок, — разорвать.

Разорвать? То есть на куски разорвать? Или как что разорвать? Ужас, острый и липкий, сжал горло. Двое сопровождающих за моей спиной, до этого стоявшие недвижимо, как изваяния, вдруг содрогнулись. Их фигуры начали расти, меховая одежда исчезла, а вместо людей передо мной возникли два огромных белых медведя.

— Твою мать! — вскрикнула я и снова обнялась с холодным каменным полом, упав в обморок и стукнувшись плечом с размаху.

Очнулась в незнакомой ледяной спальне, лежа на широкой кровати, покрытой плотными, грубо выделанными тканями. На удивление — мягко. Вокруг меня собрался целый консилиум из мужчин.

— Не трогай, вдруг этот урод заразный, — один мужчина, с длинным шрамом через бровь, говорит другому, помоложе, резко отдергивая чужую руку от моей обнаженной груди.

Я проморгалась, пытаясь прогнать остатки темноты перед глазами, и осмотрела себя — голая, словно нерв. Золотая тонкая цепочка с кулоном исчезла. Подарок отца. Жалко. Перевела взгляд на мужчин, попыталась оценить их заинтересованность в женском теле — нулевая, лишь холодное любопытство ученых, разглядывающих странный экспонат.

— Кто ты? Что за существо такое? — спрашивает вожак, уже хмуря свои густые светлые брови, а не насмехаясь, как в тронном зале. Кажется, его звали Эриан.

— Человек, — отвечаю уклончиво.

— Ты похож на нас, но не совсем. Ты новая форма жизни? Кто твой создатель? — напирает упрямый баритон Эдриана.

— Я форма жизни для красоты, я не умею драться или держать меч, я просто красивая, — отвечаю с милой, наигранно-невинной мордашкой, может, прокатит. Я втянула щеки, чтобы сделать скулы выразительнее, а губы сделала уточкой. Дура, что тут скажешь.

— Ты урод! У тебя кожа висит на груди! — морщится, будто от дурного запаха, другой мужчина за спиной короля. На его накидке аккуратными стежками спереди был вышит какой-то сложный знак: переплетение геометрических линий, и имя Браен. — А по нужде как ты ходишь? У тебя ничего для этого нет.

— Я могу рассказать, если вы пообещаете сохранить мне жизнь, — пытаюсь торговаться.

— Диктуешь мне условия? — поднимает одну бровь собеседник.

— Я хочу жить. Только и всего, — вру. Я бы взяла дробовик, если бы была такая возможность, и всех их... В общем, справедливость бы восторжествовала. Как тяжело без папы. Уверена, он бы смог договориться даже в такой ситуации. Бизнесмены не хуже дипломатов умеют улаживать конфликты.

— Существо для красоты, — фыркнул кто-то сбоку, отмечая ещё раз абсурдность данной идеи.

— Тогда почему вы все с таким интересом меня разглядываете? — задаю вопрос, и снова фырчание.

— Да кто тебя разглядывает? — возмутился один.

— На урода всегда весело посмотреть, — противоречит ему другой.

— Обычно на меня смотрят не бесплатно, в ресторан водят, цветы дарят... — Осеклась, понимая, что здесь нет ресторанов, перефразировала: — Кормят очень вкусно и подарки дарят.