Онлайн книга «Зачёт по похудению и поцелуям»
|
— Бал через две недели, но меня он мало интересует, — процедил Аргенталь. — Чего нельзя сказать о представлении лучших выпускников его величеству. У меня карьерные планы. Я должен выглядеть достойно, а не как… Он раздражённо махнул рукой. — Бочонок кваса? — любезно подсказала я. — Линвуд! — Что? Он как раз примерно столько… В следующее мгновение я оказалась в клетке. Виктор оказался рядом и навис надо мной, упершись ладонями в столешницу. Очень большой. Очень злой. И, что особенно раздражало, всё ещё очень красивый. С расстояния в десять сантиметров я отлично видела, что у него даже кожа лучше, чем у большинства девушек нашего возраста. А глаза такие… «Стоп, Элия! Прекращай! С ума сошла?» Он придвинулся ещё на пару сантиметров, захватывая всё моё внимание. А оно как бы даже не трепыхалось в сторону, куда пришлось, туда и направилось. Очень уж достойный объект для наблюдения нам с ним попался. Вот, так и буду его называть! Объект для наблюдения. У нас же эксперимент! Первый мужчина попал в связанное зельями заклинание. Вдруг пол имеет значение. Я должна это проверить. Обязана. Ради науки! — Что можно сделать с моей проблемой? — спросил он. Я моргнула. Вот это мне в нём всегда и не нравилось. Или, наоборот, нравилось слишком сильно. Виктор никогда не впадал в истерику, не метался, не хватался за сердце, а моментально принимался искать решение и был способен выбрать неприятное для себя, но эффективное. Как тот его выход на Турнир на первом курсе. Я капнула на его чёрную форму особый состав, и он тут же окрасил ткань в ярко — розовый, а через минуту дорисовал бабочек — кривых, косых, с разного цвета крыльями. Не успела я их стабилизировать, как следует, поторопилась. Тогда Виктор скинул куртку, надеясь обнаружить под ней футболку приличного цвета. Но не тут — то было. Она была ещё более ядовито — розового цвета! И что он сделал? Отказался от участия, чтобы не позориться? Нет, конечно! Аргенталь вышел на арену и свою злость обернул против соперников. И так быстро с ними расправился, что я не успела сбежать в соседнее королевство и попросить политическое убежище. Пришлось учиться с ним бок о бок столько лет. Ужасный человек. Я повела плечами, заставляя его убрать ограничивающие мои передвижения руки, повернулась к столу, подтянула к себе лист бумаги и взяла перо. — При твоём нынешнем весе, м — м–м, — прикинула я габариты и вес мужчины, — в девяносто кило… — Восемьдесят девять. — Спасибо за уточнение. Так вот. При восьмидесяти девяти килограммах и прибавке примерно в килограмм — полтора в сутки к десятому дню ты получаешь… — Не смей. — …очень выразительную динамику. — Линвуд. — Могу нарисовать график, если хочешь, и примерный прогноз по мундиру. Верхняя пуговица, как видим, уже выбрала свободу. Это значит, что ты начал расширяться… хм… в груди и плечах. Следующая, думаю, продержится недолго, а затем и швы дрогнут. Наверное, стоит заказать новую форму уже завтра с утра. Да, определённо! — Линвуд. В его голосе прозвучало предостережение. — Что теперь не так? Я ведь стараюсь помочь! Так, продолжаем, — переключилась я на рассуждения. — Сегодня пуговица отлетела в зеркало, а завтра может травмировать невинного человека. Хотя, я никого с боевого факультета не знаю, так что и не жалко. Может, ваш тренер даже посчитает это хорошей тренировкой на скорость реакции и выпишет мне премию. |