Книга Ненужная жена дракона. Колокольня его лживых клятв, страница 39 – Лилия Тимолаева

На верхнем ярусе едва слышно звякнула одна из лент.

Оринт, до этого молчавший в дверях, произнёс:

— Колокольня не любит спешки, лорд Грант. Если вы хотите быть свидетелем, сначала перестаньте быть заявителем.

Дарион повернулся к нему.

— Что это значит?

— Вы всё ещё тот, кто пришёл вычёркивать её имя. Пока это не изменится, ваша память будет спорить с вашими приказами.

— Я не могу просто отозвать прошение без заседания Палаты.

— Я не говорил, что будет просто.

Дарион посмотрел на меня. В его глазах впервые за утро не было требования. Был вопрос, который он не решался задать.

Я ответила раньше, чем он произнёс его:

— Не ради меня. Если отзовёшь прошение только потому, что колокольня ударила по твоей власти, это ничего не исправит. Сначала найди документ, где якобы стоит моя подпись. И того, кто дал его тебе.

— Бран.

— Может быть.

— Ты думаешь, не только он?

Я вспомнила Кассару у стола Палаты. Её быстрые объяснения про искажение обряда. Её предложение забрать кольцо. Её страх перед колокольней, спрятанный лучше, чем у остальных.

— Я думаю, леди Норт слишком хорошо знала, чего бояться.

Дарион медленно повернул голову к воротам.

И в этот момент за оградой раздался звук колёс.

Все обернулись.

К северной стене подъехала светлая карета без герба, но с дверцей, украшенной тонкой золотой вязью. Я узнала цвет сразу. Не полный герб Грантов, не открытый знак Нортов, а тот самый оттенок тёмного золота, который вчера был на платье Кассары.

Она вышла из кареты сама, не дожидаясь, пока слуга полностью опустит ступеньку.

На ней было дорожное платье жемчужно-серого цвета, с высоким воротом и перчатками до локтя. После вчерашнего она выглядела безукоризненно свежей. Ни тени бессонной ночи, ни следа страха, который я видела в зале. Только мягкая собранность женщины, которая умеет приходить туда, где её не ждут, и делать вид, что явилась из заботы.

Вейлан Морт сразу пошёл к ней, но Кассара остановила его лёгким движением руки и посмотрела через ограду на нас.

Сначала на Дариона.

Потом на меня.

Потом на открытую дверь колокольни за моей спиной.

И я увидела: ей не понравилось, что дверь открыта.

— Лорд Грант, — сказала она, склонив голову. — Леди Орвен-Грант. Я рада, что ночь закончилась без несчастья.

Какая точная фраза. Без несчастья. Словно несчастье уже случилось бы, если бы колокольня решила иначе. Словно моё возвращение было не свидетельством, а временной отсрочкой.

Дарион не сделал шага к ней.

— Зачем вы здесь, леди Норт?

Кассара чуть задержала взгляд на нём, и в этой короткой паузе я прочла больше, чем в её улыбке. Вчера она стояла рядом с ним как будущая хозяйка. Сегодня он спрашивал её при всех, зачем она приехала.

— Палата сообщила, что утреннее свидетельство требует присутствия всех участников вчерашнего дела, — ответила она. — Я не хотела, чтобы моё отсутствие истолковали неверно.

— Как заботливо, — сказала я.

Она повернулась ко мне.

— После всего, что произошло, нам всем стоит быть осторожнее с толкованиями.

— Особенно с теми, которые удобно менять по дороге.

Её улыбка стала печальнее. Чужой человек счёл бы её мягкой. Я уже видела за этой мягкостью сталь.

— Вы провели тяжёлую ночь. Я не стану принимать ваши слова на свой счёт.

— А стоило бы.

Дарион посмотрел на меня, но не остановил. Не сказал «хватит». Не дал Кассаре защиты одним словом. Это тоже заметили все за воротами.