Книга Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон!, страница 109 – Рика Лав

— Устроит, — кивнула с облегчением, доставая из ридикюля четыре серебряные монеты и выкладывая их на стойку.

Агата ловко подхватила монеты и спрятала их в карман фартука. Потом вышла из-за стойки, махнула нам рукой:

— Пойдёмте, покажу комнаты. Они на втором этаже, окна выходят на площадь, вид хороший, шума особого нет, заблудший народ уже расходится по домам.

Мы поднялись по узкой деревянной лестнице на второй этаж, и Агата показала нам две комнаты — рядом друг с другом, с дверями, запирающимися на засов изнутри.

Комнаты были небольшими, но чистыми и уютными. Узкие кровати с лоскутными одеялами, сшитыми из разноцветных кусочков ткани. Маленькие окна с деревянными ставнями, выходящие на рыночную площадь, которая уже почти опустела — лишь несколько запоздалых торговцев собирали товар и закрывали лавки. Небольшие столики с кувшинами для воды и тазами для умывания.

Всё просто, но функционально.

Я с облегчением сняла тяжелый дорожный плащ и повесила его на крюк у двери:

— Прекрасно. Мы ужинать будем через полчаса, если можно. Нужно немного привести себя в порядок после дороги.

Агата кивнула:

— Конечно. Я приготовлю вам всё самое лучшее. Баранина у нас сегодня просто объедение, свежая, с пряностями и травами. Придёте — будет ждать.

Она ушла, прикрыв за собой дверь, и я осталась наедине с Марой.

Впрочем, девушка сразу же взялась за дело — достала из дорожной сумки чистые полотенца, но грубоватые, умылась сама и уступила мне. Я плеснула холодной водой в лицо, шею, руки, смывая пыль дороги, усталость, напряжение. Холод бодрил, освежал, возвращал ясность мыслям.

Мара помогла мне причесаться, заплести волосы в простую косу, поправить платье, которое помялось за день. Я посмотрела на себя в маленькое зеркальце, висящее на стене, и увидела усталую, но вполне презентабельную женщину. Пойдёт.

Мы спустились в общую залу и сели за свободный стол в углу, подальше от очага и от основной толпы. Агата принесла нам огромные деревянные тарелки с бараниной — сочной, ароматной, тающей во рту, — с жареными овощами, приправленными специями, и я отчетливо уловила запах чеснока, с ломтями свежего хлеба, ещё тёплого. Кувшин светлого напитка с около-алкогольным ароматом поставила перед Пиртом, а мне и Маре принесла травяной чай в глиняных кружках.

— Приятного аппетита, путники, — пожелала она и ушла обслуживать других постояльцев.

Мы ели молча, с аппетитом, наслаждаясь вкусной едой после долгой дороги.

Пирт с удовольствием налил себе кружку, как оказывается, эля, делал большой глоток, довольно вздыхал и принимался за мясо. Мара ела аккуратно, маленькими кусочками, но я видела, как она наслаждается каждым мгновением этой поездки.

А я… я прислушивалась к разговорам за соседними столами, пытаясь уловить что-то полезное, какую-то информацию о городе, о ценах, о новостях.

За столом рядом двое купцов обсуждали цены на зерно — полные мужчины в добротных кафтанах с меховыми воротниками:

— Урожай в этом году неплохой, слава богам, но доставка… — один из них качал головой, — доставлять дорого до невозможности. Из-за нестабильности на границе. Обозы грабят, караваны нападают, охрану нанимать приходится, а это дополнительные расходы. От границы так ближайшая остановка только тут, а там пустырь-дорога, ни стоянки, ни охраны, ни трактиров.