Онлайн книга «Оковы Гарпии»
|
Что ж, ясно одно: искренней Бэмби не была ни с кем, кроме разве что девчонки Трентон. А еще — она терпеть не могла рисовый пудинг. Воскресным вечером Анджей расслабленно занимался новой заготовкой, сидя в кресле у окна своей спальне: после казармы уединенный личный угол казался ему шикарным, хотя ничего особенного в серой комнатушке без штор с узкой деревянной кроватью и потертым комодом не было и в помине. Почему-то начатый им еще в первых числах июня солдатик не шел, хотя стоило успеть с ним к определенной дате. Зато хорошо выходило лицо — ножичек скользил по бруску, как по маслу, намечая разрез глаз, линию скул и длину волос. Бесконтрольно, не особо задумываясь над композицией, Анджей продолжал работу, по завету Бена занимая руки: безделье — самый быстрый путь в никуда. Он не закрывал дверь в комнату, чтобы до ночи целиком контролировать обстановку, так что сразу увидел, когда Габи выскользнула в коридор. Да и как ее было не заметить в солнечно-желтом платье с расклешенной юбкой в складку, подчеркнутую широким алым поясом в тон ридикюля. Снова уже к темноте на улице — быстрый взгляд на наручные часы показал девять часов. Вздохнув в ожидании очередной пакости, пришедшей в эту взбитую начесом головешку, Анджей по-армейски быстро отложил заготовку в комод, подхватил с кровати пиджак и отправился за Габи. Она, казалось, вовсе не сомневалась, что тень следует за ней, так что даже не соизволила оглянуться — привычно спустилась по лестнице, вышла на улицу и заняла пассажирское место в машине. — «Доминион», — бросила она, как только Анджей сел за руль. Он коротко кивнул, не скрывая облегчения. Просто кинотеатр, там точно безопаснее, чем на Портобелло-роуд. Воскресный вечер в кино — ничего ужасного, как подумалось изначально. Разве что удивил выбор места, и он все-таки решился уточнить: — В округе по меньшей мере три хороших кинотеатра, а до Тотнем-корт-роуд не меньше шести миль… — А мне не нужен просто хороший, «Доминион» — лучший в городе, — снисходительно фыркнула Габи и откинулась на сиденье, а после с наглой улыбочкой закинула ноги на приборную панель, и ее юбка-солнце колыхнулась вокруг бедер. — Поехали, доберман! Анджей туго сглотнул: на долю секунды перед его глазами мелькнули подтяжки ее прозрачных чулок, плотно прилегающие к упругой коже. Ладони запекло, и он спешно положил их на руль, но заводить двигатель не стал, как можно более хмуро пробурчав: — Убери ноги и пристегнись, или мы никуда не едем. Это не безопасно. — «Это не безопасно», — передразнила Габи, так уморительно изобразив строгий армейский тон, что сохранять невозмутимость стало сложно. — Эх, доберман, ну какой же ты все-таки… до тошноты правильный. Она закатила оленьи глазки, но все-таки убрала ноги с панели, и Анджей повернул ключ в зажигании. Вскоре за окнами мини-купера раскинулся вечерний Лондон: со всеми своими яркими огнями, неоновыми вывесками, ползущими по улицам словно раздутые слизни красными омнибусами и сторожащими перекрестки бобби, со стоящими на углах самых оживленных мест синими полицейскими будками… Анджей Лондон так и не смог полюбить — слишком уж шумно. Но признаться, сегодняшний план Габриэллы на вечер его порадовал. Кино — то, что в теории могло принести удовольствие. Невольно вспоминалось, как с другими приютскими мальчишками он сбегал подсмотреть сеанс в кинотеатре под открытым небом. Полуголодные и лишенные такой роскоши сироты войны, они прятались за холмом и оттуда тайком смотрели вниз, где на заставленной автомобилями парковке люди наслаждались фильмами. Именно тогда он узнал, кто такие Мэрилин Монро и Софи Лорен, Клифт Монтгомери и Рок Хадсон. У всех этих далеких звезд была совершенно сказочная жизнь где-то там, на мутноватом черно-белом экране — это были великолепные в своей нереальности сюжеты. Миры, где добро всегда побеждает, где злодеи раскаиваются, а главный герой обязательно бравый солдат, который найдет справедливость. |