Книга Оковы Гарпии, страница 142 – Катерина Траум

— Можно? — от спокойного баса Анджея по ее телу пробежал холодок.

— Конечно, — отозвалась Габи, прочистив горло от хрипотцы и уставившись в зеркало.

В голове творился хаос. Что сказать, что спросить? «Ты правда переспал с моей матерью»? — боже, какой абсурд. Она не выдержит его снисходительного взгляда, признания, что только так мог спасти карьеру в армии, что это его шанс, который никто бы не упустил. Или еще хуже — если он начнет лгать дальше и притворяться, что ничего не было.

Когда не хочешь услышать ответ — не надо спрашивать.

Поэтому Габи с преувеличенным энтузиазмом продолжила сборы: застегнула сережки и принялась завязывать ленту на волосах, пока Анджей пересек комнату и с больно уколовшим восхищением произнес:

— Выглядишь чудесно. Как ты? Вчера мне показалось, что ты явно… расстроена разговором с Элен.

Он встал позади нее и наклонился, мимолетно коснулся губами шеи. Широкие ладони собственнически легли на талию. Анджей прикрыл веки, скользнув затянувшимся поцелуем чуть ниже до ворота платья — так очевидно наслаждался ею, что Габи хотелось скулить от разрывающих изнутри пополам желаний. Отстраниться и закатить грандиозный скандал, влепить пощечину, пошвыряться в него чем потяжелее, а еще лучше — спалить к чертям этот дом вместе с его лживыми обитателями, всеми разом. Или же продолжать слабо улыбаться, пока по позвонкам сбегали мурашки удовольствия.

Она выбрала второе. Постыдное бегство от возможной боли, потянувшись дрожащими пальцами за пудрой на полочке. И лишь богу известно, какое на это понадобилось усилие.

— Не каждый день узнаешь, что твой отец — насильник-нацист, — глухо выдавила Габи, решив, что кусочек правды лучше, чем полная беспросветная ложь. Естественнее.

Она подняла глаза, встречаясь через отражение в зеркале с потрясенным взглядом Анджея. Он мягко приобнял ее за плечи, и от его нежности Габи тихо шмыгнула носом. В стальных глазах напротив словно расплавилось серебро, а от тепла мужского тела позади щемило в груди.

Эти руки не могли врать. Этот голос, это одеяло надежности… И все же соврали. И все же он ее предал.

Держаться, держаться! У них общее дело, скандал сейчас вовсе ни к чему и не принесет пользы!

— Так вот, что Элен имела ввиду, — пробормотал Анджей, продолжая смотреть на нее через зеркало. — Ты в порядке? С таким нужно научиться жить.

— Ты научился. И у меня тоже получится, — наигранно уверенно улыбнулась Габи, открывая пудреницу. — Элен уже уехала?

— Давно. В десять к пансиону подъедет ее доверенный репортер, лучше нам всем встретиться на парковке. Мел тоже будет, верно?

— Да, нужно, чтобы она послушала правду из первых уст, не дожидаясь выпуска газеты. Не хотелось бы, чтобы ее семья основательно запачкалась в связях с Нейтом.

Анджей кивнул и погладил кончиками пальцев по ее щеке — увы, но несмотря ни на что тело продолжало реагировать на него, моментально бросилась в лицо кровь. Волнующий трепет, который охватывал Габи рядом с этим невероятным мужчиной, теперь казался болезненным симптомом, который надо лечить.

— Настрой у тебя боевой, — одобрил Анджей, не улавливая ее напряжения. — Готова идти к цели любой ценой?

— А ты? — не удержалась Габи, имея ввиду совсем иное. Вся ее натура рвалась наружу, и все-таки проскочила в едком замечании: — Если дело разрешится удачно… Гарпия тебя наверняка наградит сполна. Получишь новые погоны.