Книга Непокорная жена слепого ярла, страница 40 – Лина Деева

У противоположного края поляны мелькнула тень. Ивар? Враг? Я напряглась буквально всем телом, готовая хоть бежать, хоть драться. А тень (стала заметна её скособоченность, и я немного выдохнула) между тем приблизилась к выбитой двери восточного — женского — входа. Осторожно заглянула внутрь, выждала некоторое время и исчезла в чёрном зеве проёма.
Я затаила дыхание. Услышу ли шум боя? Или наоборот, сигнал, что всё чисто? Отвернётся от нас удача или продолжит благоволить?
Несколько бесконечно долгих минут весы судьбы колебались, но наконец тень выскользнула из дома. Повернулась в мою сторону, скованно махнула рукой, и я поспешно выбралась из укрытия. Короткая перебежка под неверным светом звёзд и едва поднявшейся над холмистым горизонтом луны, и Ивар тихо сказал мне:
— Пусто. Но прежде чем разжигать очаг, надо закрыть оба выхода.
Я кивнула и в свою очередь прошептала:
— Сама всё сделаю. Иди ляг.
Последнее было сказано неспроста: бледностью Ивар мог поспорить с любым привидением. И очень похоже, ему и в самом деле было на редкость плохо — как минимум потому, что спорить со мной он не стал. Просто развернулся и ушёл в дом, а я, нервно оглянувшись (тролль его знает, вдруг сейчас кто-нибудь как выскочит, как выпрыгнет?) занялась прилаживанием двери обратно.

Разумеется, вернуть её на петли у меня не получилось бы. Пришлось просто прислонить её к косяку с тем, чтобы потом для большей надёжности придвинуть ещё и лавку. Так же я собиралась поступить с западной, с дороги видимой, дверью, но тут нам повезло. Её выбили не до конца — оставили болтаться на одной петле. Потому получилось подпереть её дровяным чурбаком, закрыв таким образом без предательской щели.

Пока я развлекалась со всем этим, Ивар тоже не валялся пластом. Он сумел найти в доме масляную лампу и зажёг её, чем значительно облегчил мне «починку» дверей. Правда, затем я всё же уложила полумёртвого помощника на лавку перед очагом, развела огонь (спасибо Агде за науку) и занялась выяснением, что же мы приобрели, кроме пристанища и опасности попасться в мышеловку.

Всё оказалось совсем не так плохо, как можно было ожидать. Враги увели лошадей и повозку, но собирать раскиданные по дому вещи особо не стали. Таким образом у нас появились котелок и кружка, пусть и слегка помятые, тощий мешок с остатками сухпайка и (здешние боги и впрямь к нам благоволили) сумка с травами, которую я всегда брала с собой на ночлег, а не оставляла в повозке. Столь богатый улов позволил мне воспрянуть с духом и подарил энергию для дальнейших хлопот.

За водой пришлось идти к колодцу. Ивар напутствовал меня сиплым:
— Будь осторожнее! — да я и сама постаралась обернуться как можно быстрее и почти всё время держала руку на эфесе кинжала. Однако обошлось, и вскоре в подвешенном над очагом котелке уже грелась вода.

Пользуясь моментом, я пошла на поводу у желудка и сжевала кусок вяленого мяса и жёсткую лепёшку. Ивар от своей доли отказался — ему было слишком плохо. Я решила позже попробовать приготовить для него подобие тюри на бульоне, проварив в воде кусок мяса и размочив лепёшку. Пока же просто напоила раненого тёплой водой, заварила в кружке листья и сушёные ягоды брусники, а в котелок закинула тысячелистник и зверобой для антисептического отвара.