Книга Сдать дракона в аренду, страница 26 – Яна Шарм

Она сидела на низкой табуретке у стола, счищая с большого деревянного круга — будущей основы для сырной головки — мельчайшие заусенцы. Делала это с почти яростным упорством, будто выстругивала из дерева и свои собственные сомнения.

Игнис подошёл бесшумно, но она почувствовала его приближение — спиной, кожей. Она не обернулась.

— У тебя закончился воск для клеймения, — сказал он негромко. Его голос прозвучал в полумраке пещеры мягко, как всегда.

Майра кивнула, не отрываясь от работы.

— Да. Нужно будет в деревне купить. Или заказать штамп у резчика. Чтобы на каждой головке было моё клеймо. Как метка качества. И… как знак. Что это моё.

— «Моё», — повторил он за ней, и в его голосе послышалась улыбка. — Это важно.

— Это всё, — поправила она, наконец взглянув на него. Он стоял, засунув руки в карманы простых штанов, и смотрел на неё с таким выражением, от которого в груди стало тепло и тревожно одновременно. — Имя, репутация, будущее. Всё завязано на этом куске дерева с буквой.

— Тогда… — он медленно вынул из-за спины руку, в которой держал что-то завёрнутое в мягкий, поношенный лён. — Может, стоит начать с правильного инструмента?

Майра перестала строгать. Положила нож. Смотрела на свёрток.

— Что это?

— Открой и увидишь.

Она вытерла руки о фартук, потом осторожно взяла свёрток. Он был тяжёлым, плотным. Разворачивая ткань, она почувствовала запах старого дерева, ладана и чего-то ещё — тёплого, как пепел. Лён упал, и в её ладонях оказался штамп.

Он был прекрасен.

Это была не простая деревянная плашка с вырезанной буквой. Это был небольшой, но увесистый цилиндр из тёмного, почти чёрного дерева, отполированный до бархатной гладкости. Верхняя часть, за которую нужно было браться, была выточена по форме ладони. А на торце…

Майра замерла, рассматривая.

На торце была вырезана не просто буква «К» от «Крофт» или абстрактный узор. Это была целая история. В центре, стилизованная, но узнаваемая, гордо высилась гора с двумя вершинами — точь-в-точь как та, в которой они находились. От неё расходились волны — то ли скалы, то ли чешуя. А по краю, плавно перетекая в орнамент из дубовых листьев и желудей (символ силы и роста), вился дракон. Не страшный, не огнедышащий. Мудрый, древний, охраняющий. Его крыло образовывало одну сторону горы, а длинный, изящный хвост замыкал круг композиции. И если приглядеться, инициалы «M» и «G» были тонко вплетены в узор крыльев.

Это было произведение искусства. Работа, на которую у деревенского резчика ушли бы месяцы. А он…

— Ты сделал это? — прошептала Майра, проводя пальцем по гладким, невероятно точным линиям. Магия чувствовалась в каждой черточке. Не грубая сила, а тончайшее, ювелирное влияние. Дерево словно ожило под резцом, сохранив саму душу леса и вплетя в неё другую, древнюю душу.

— У меня было много времени, чтобы развить хобби, — скромно сказал Игнис, но по его взгляду было видно — он волнуется. Ждёт её реакции.

— Это… это слишком красиво, чтобы ставить на сыр, — выдохнула она, и голос её дрогнул. Это был не просто штамп. Это был герб. История. Признание. И тончайшая, почти невидимая исповедь. «Это — я. И это — ты. И это — наше место».

— Ничто не бывает «слишком красиво» для того, что создаётся с такой страстью и верой, — тихо возразил он. — Твой сыр заслуживает знака. Не просто метки. Знака. Пусть все видят: это рождено здесь. В этой горе. Под этой… защитой.