Книга Бывший муж. Ты забыл, как любил меня, страница 80 – Арина Арская

И смотрю на него, и вижу в этой позе, в этом взгляде— Костю. И Гришу. Такими же наглыми, возмущенными, готовыми на всё подростками они были когда-то. Они также проверяли границы, так же бросались в бой, защищая свою правду.

Я смеюсь. Искренне. От его наглости становится легко. — От тебя ничего не скроешь, — качаю головой. — Хорошо. Сдаюсь. Я хотела спросить, как дела у твоего папы.

Резкая, обороняющаяся дерзость в его глазах сменяется одобрением. Подросткам так важно, чтобы с ними были честны. Чтобы не юлили, не сюсюкали, а говорили прямо. И я сейчас честна. Мне и правда любопытно. Как он? Как дела сегодня у Славы?

— Нормально у него дела, — бросает Артур и нервным жестом приглаживает непослушные темные вихры. — Вот, начал по утрам внезапно бегать. — Он фыркает с наигранной, показной презрительностью, смотрит исподлобья. — Вспомнил, что он уже совсем старый, наверное, и что пора потрясти костями…

Я снова смеюсь. Звонко, забыв о всей нашей тяжелой истории. — Ну, не такой уж он и старый, — парирую, сама не ожидая такой легкости в голосе. — Сорок семь — жизнь только начинается. И мы в душе все еще очень молодые.

— Мам! — раздается позади меня недовольный, уже совсем почти девичий голосок Лоры. — Отстань от Артура с вопросами о дяде Славе!

Она проносится мимо меня, пахнущая яблочным шампунем и моим парфюмом, который опять без разрешения брызнула на себя.

Швыряет в сторону Артура свой розовый рюкзак, набитый учебниками до предела. Тот ловко, почти не глядя, ловит летящий снаряд и закидывает себе на плечо с привычной легкостью.

— А когда я сказал папе, чтобы он отстал от тебя с вопросами о тёте Карине, — парирует Артур, — ты на меня порычала и сказала, чтобы я не грубил отцу.

Лора плюхается на пуфик у входной двери, тянется за своими кроссовками и поднимает на Артура серьезный, без тени улыбки взгляд. — А мне можно, — заявляет она безапелляционно. — А тебе нельзя.

Я смотрю на дочку и замечаю, что её двенадцать лет тоже изменили.

В ней стало меньше угловатости, больше плавности и какого-то нового, пока скрытого женского огня.

Черты лица заострились, стали изящнее, в глазах появилась глубина, которой не было раньше. Она становится девушкой. И наблюдать за этим превращением — странное, щемящее и бесконечно любопытное чувство.

Но она еще не чувствует в себе эту искру красоты и девичьей харизмы.

— Это почему это мне нельзя? — обескураженно спрашивает Артур и в поисках поддержки переводит взгляд на меня.

Я только усмехаюсь, разводя руками. — Что же, теперь я знаю, что дядя Слава пристает с вопросами обо мне к моей дочери, — подмигиваю я Артуру, подавая Лоре её легкую куртку. — И тихо добавляю, обращаясь уже к обоим: — Только, пожалуйста, сегодня сильно не задерживайтесь после школы. А если будете задерживаться… — делаю многозначительную паузу, — предупредите.

Я делаю еще одну паузу, ловя взгляд Артура. Он уже напрягся, предчувствуя, что будет дальше. — Маму тоже стоит предупредить, — смотрю на Артура.

Артур фыркает, отводя глаза в сторону. Его плечи напрягаются.

— Мама со мной опять не разговаривает, — бурчит он в пол.

Я мягко вздыхаю, уже зная эту песню, но все равно спрашиваю: — И что на этот раз?

Он пожимает плечами, делая вид, что ему абсолютно все равно. — На этот раз обиделась за то, что я захотел на выходных поехать с отцом покататься на лошадях. Назвала опять предателем. — Он обиженно шмыгает носом, отворачивается, чтобы скрыть дрожь в губах. И добавляет тише, уже без всякой бравады: — Всё, в принципе, как обычно.