Книга О, мой профессор!, страница 34 – Лариса Васильева

Матвей молчит. Переваривает мой крик души и молчит. Я жалею, что сболтнула лишнего, просто делиться с Русей уже невыносимо. Подруга слишком оторвана от действительности. Уверена, что отец предоставляет мне выбор, просто я им не пользуюсь. Но выбора нет. Он предлагает мне варианты, а если я не выберу, выберет сам.

— Расскажи о своей семье. Какая она? — прошу я, не надеясь на откровение.

— Мою сестру ты видела, — сразу отзывается Матвей. — Рита грубая снаружи, но ранимая внутри. Рустам давно это просек. Безумно ее любит и позволяет все шалости, вроде гонок на байках.

— Она классная! — улыбаюсь я, вспоминая ее бранную ругань на брата.

— Родители живут в центре неподалеку, — продолжает Матвей. — Хочешь с ними познакомиться?

Я замираю, ошеломленная предложением. Хочу ли я? Да, разумеется. Но имею ли право? Между мной и их сыном только секс. Никакого «больше» и «вроде». Не подам ли я старикам пустые надежды, завалившись на хату с их сыном?

— Да ну, Снежок, не дрейфь! — профессор тюкает меня по носу. — Завтра рванем.

— Что они у тебя любят? — поинтересовалась, когда мы сели в машину.

— Особенно ничего, — Матвей пожал плечами. — Не волнуйся ты так. Мы к ним ненадолго. Заедем, поболтаем. Окунешься в атмосферу, когда родители просто помешаны на счастье своих детей. Это, знаешь ли, еще то удовольствие. Если начнут перегибать палку, ты мне подмигни.

— Все равно неудобно. Ты хоть родителей предупредил, что приедешь?

Матвей отрицательно покачал головой.

— Останови у торгового центра, что-нибудь выберем.

«Что-нибудь» оказалось непосильной задачей. Я не знала, что может понравиться бывшим бухгалтеру и экономисту. Педантичным и практичным. Теперь понятно, в кого Матвей так помешан на порядке.

— Можно купить постельное белье, — я заглянула в отдел элитного домашнего текстиля. — Не будет ли этот подарок слишком личным? Если подаришь ты, думаю, будет нормально. В каких тонах у родителей отделана спальня?

Этот вопрос поставил Матвея в тупик.

— Холодных, теплых, кремовых? — я предлагала варианты, пока Григорьев тупил.

— Кремовых, наверное, — произнес он неуверенно.

Тогда возьмем персиковый, — я остановилась на обалденно красивом комплекте из жатого шелка. — Не Charlotte Thomas Bespoke, но тоже очень достойное. Это самое крутое постельное из Великобритании, — пояснила, видя, что Матвей не в теме. — Представляешь, цена одной наволочки примерно 2500 долларов, а весь комплект стоит больше10000.

— У вас дома такое? — голос Матвея прозвучал натянуто.

— Конечно, нет, — рассмеялась я, разряжая атмосферу.

Оплатив покупку, я торжественно вручила ее Матвею.

— Масик, ну что ты копаешься?! — знакомый противный голос заставил меня обернуться.

Клубная девица с пролитым коктейлем нервно топталась на высоченных каблуках, пока ее бойфренд завис в отделе электроники. Масик вышел, а она все продолжала ныть. Мы шли за ними к выходу, и я едва сдерживала смех.

— Масик, стукни ее уже чем-нибудь по башке! — громко попросила я, когда нытье на ультразвуке стало невыносимым.

Парень обернулся, скользнул взглядом по нашей парочке, узнал. Девица тоже обернулась. Скривила губы, глянув на меня, Матвею наоборот мило улыбнулась.

Вот паршивка, кадрит моего препода!

— Приветствую! Сдали все экзамены? — Масик пожал Матвею руку и кивнул мне.